Она направилась к двери, изо всех сил стараясь придать лицу спокойное выражение. И надо же было ей споткнуться на ровном месте! Кажется, она действительно не только истеричка, но еще и пьяная истеричка... Как, должно быть, смешно выглядит сейчас...
Он вовремя подхватил ее за руку, не давая упасть.
- Интересно будет посмотреть, как ты пойдешь по замку в таком состоянии.
- Не волнуйся. Впрочем, ты и так не будешь, я права? – она взялась за ручку двери.
- Лили, подожди, – он накрыл ее руку своей, отодвигая в сторону. – Тебе не обязательно уходить прямо сейчас.
Она заворожено уставилась на кольцо, обхватившее его безымянный палец, соприкоснувшийся с ее рукой. Муж. Он ее муж. Господи, это какое-то безумие...
- Садись. А то ты переломаешь себе что-нибудь сейчас... – он усадил ее в кресло, и она наконец оглядела комнату. Что ж, он преподнес ей очередной сюрприз. Лили помнила, каким был его дом в Паучьем тупике, и ожидала, что и в Хогвартсе он устроит себе нечто подобное. Откуда-то у нее родилось представление, что ему нравится жить в запущенных, темных, холодных комнатах. По крайней мере, он никогда не стремился внести уют в окружающую его обстановку. У нее вообще было подозрение, что ему глубоко безразлично и то, как он выглядит, и то, как живет, и то, какое это впечатление производит на окружающих. Его неряшливость казалась странной чертой при его характере, который отличала строгость, дисциплинированность и некоторый аскетизм. В его кабинете, где хранились запасы и ингредиенты для зелий, была просто-таки стерильная чистота. Он никогда не допускал беспорядка в работе, это было совершенно очевидно. И потому комната ее удивила.
Помещение больше всего напоминало монашескую келью, было довольно маленьким, но неожиданно вполне по-человечески убранным. Здесь было тепло и вовсе не так уж мрачно. Большую часть пространства занимали полки с книгами. Их было так много, что у нее создалось впечатление, что она оказалась в библиотеке. Лили машинально обежала глазами корешки. Дамблдор хорошо платит своим учителям¸ да и Волдеморт не скупился на награду своим лучшим приспешникам. Следовательно, деньги у него водится должны. Так, значит, вот куда они все уходят... книги. Он покупает и собирает потрясающе дорогие и редкие издания. Довольно занятно при том, что под боком у него огромная библиотека. Меньшую часть комнаты занимали кровать, шкаф и письменный стол. Что характерно, все отличного качества, но невозможно унылое. Здесь явно практичность предпочитают эстетике. И все же тут было гораздо приятней, чем у него в кабинете, где повсюду натыканы эти изображения с пытками и прочая темная атрибутика.
- Итак... – женщина сложила руки на коленях. – Теперь ты уже не можешь меня игнорировать.
- Я разве когда-то это делал? – Снейп опустился в кресло напротив и закинул ногу за ногу. Все тело выражало насмешливую скуку.
- Все последнее время.
- Так что же тебя все-таки привело?
- Я хочу получить ответы на свои вопросы... Если ты желаешь доверия, ты должен сказать мне правду.
- Хорошо. Что именно тебя интересует? Надеюсь, это ненадолго, потому что я все же планировал хотя бы немного поспать сегодня.
- Это займет столько времени, сколько нужно, – отрезала она. — Я хочу знать, почему ты согласился дать Брачный Обет? Почему ты спас Гарри жизнь? И исходя из всего этого, почему ты, чьей страстью всегда были темные искусства, вдруг развернулся на середине пути и перешел на правую сторону? Почему вдруг отказался от мечты?
Снейп спокойно смотрел на нее.
- Кто сказал, что я отказался от чего-либо? Если ты не заметила, я по-прежнему считаюсь лучшим специалистом в школе по Защите...
- Да, и Дамблдор все эти годы отказывал тебе в этой должности... Не удивляйся, я спрашивала.
- Я всегда говорил тебе, изучать не значит использовать.
- Ну конечно, я помню. Но я не настолько глупа и наивна, чтобы полагать, что у тебя не возникло бы соблазна проверить все свои знания на практике.
- Допустим.
- Почему ты на нашей стороне? – она подалась вперед.
Несколько секунд он молчал, и Лили даже показалась, что она все-таки заставила его занервничать.
- Дамблдор очень помог мне. Когда Темный лорд ушел, у меня была одна дорога – в Азкабан. Он дал мне работу, возможность как-то существовать, заниматься любимым делом...
- Это каким же, Сев? Неужели преподавать? Передавать свой опыт и знания? – она усмехнулась. – Или, может, другим любимым делом – издеваться и запугивать? Вот уж где простор для деятельности...
- Что-то я не припомню, чтобы кто-то в школе еще серьезно пострадал от моих... действий.
- Ну, может быть, физически нет. Но знаешь, что меня искренне удивляет? Вот как же так, неужели ты не помнишь, каким сам был когда-то? Ни разу не поставишь себя вновь на место тех, кого унижаешь?
- Я, знаешь, Лили, на своем месте побыл достаточно, – холодно ответил тот, отводя взгляд.
- Да, я помню... А еще я помню, что всегда думала: “Вот это человек, который испытал боль и знает о ней, а значит, не станет, не захочет причинять ее другим”... Видимо, я ошибалась.
