Он что-то закричал на китайском, обращаясь к старику, который, в свою очередь, никак не мог понять, каким образом Софа оказалась рядом со мной.
— Успокоились! — раздался с пола властный голос Юнхуа Ин, начавшей подниматься на ноги.
Свои слова она продублировала и на китайском. После этого её сопровождающие с видимой неохотой отпустили силу. Особенно сложно это сделать было индюку, он буквально весь трясся от ярости.
С нашей стороны буянила только Софа, но я сейчас держал её достаточно крепко. В случае, даже если, она вырвется, мне не составит труда её обездвижить.
— Единственная возможность отпустить твоего отца, это уничтожить его сознание навсегда. — выплюнула из себя Юнхуа. — Ты готова пойти на это девочка? Я нет…
Сейчас она преобразилась кардинальным образом. Из прекрасной, весёлой женщины, на которую просто приятно смотреть, в старую, брюзжащую каргу. И я даже не знаю в чём причина подобного изменения. Максимум чего добилась Софа своей выходкой, это растрепала марионеточнице волосы, да помяла её одежду.
— Есть и ещё одна возможность. — шёпотом, себе под нос произнёс я. Но все присутствующие отлично расслышали мои слова и ждали продолжения. — Можно уничтожить ваше сознание, отдав это тело в полное распоряжение императора.
После этих слов моя энергия через поглотитель, уже начала вливаться в Инессу, которая атаковала разум Юнхуа Ин. О подобном мы договорились с ней заранее. Если начнётся, какое-нибудь дерьмо первым делом мы обезвреживаем марионеточницу, её же оружием. Убивать Юнхуа будет слишком опрометчиво с нашей стороны. Банально имея в заложниках марионеточницу из рода Ин, возможно добиться очень многого от Китайской Автократии.
Сейчас мне приходилось не только работать в качестве батарейки для Инессы, но ещё и экранировать её связь с марионеточницей, что было в несколько раз сложнее. Это было единственная задачало, на которой я сейчас был сосредоточен, совершенно не в силах сделать, что-либо ещё.
Установленные мной щиты тут же спали и спутники Юнхуа оказались свободны. Они сразу же попытались напасть на меня, определив как на главную ударную силу. Вот только мои спутники тоже не спали.
Бабушка схлестнулась с женщиной, всё тело которой окутало голубое свечение. Гриша с индюком, Арсений с порталистом, которому решил помочь молодой парень. А Давыдов нанёс удар по старику, концентраторы которого уже были готовы сорваться с рук, один предназначался мне, второй Инессе.
Но даже если бы не вмешался Мстислав Родионович, нас бы прикрыла Софа. Правильно оценив обстановку, она коснулась руками моего лица, начав делиться энергией и одновременно создала вокруг нашей четвёрки щит, который гарантированно защитит нас от любой атаки.
Сейчас я утратил контроль над поглотителем, поэтому не мог ничем помочь своим.
Как только Инесса нанесла удар, марионеточница сразу же застыла, смотря на меня остекленевшими глазами. Инесса сейчас вела бой в подсознании одной из сильнейших марионеточниц этого мира. На её месте должен быть я, но времени на создание подходящего конструкта у нас просто не было.
А Инесса молодец поняла меня сразу. Да и остальные не сплоховали. Вокруг творился настоящий ад из сталкивающихся стихий, но я мог только наблюдать.
У Инессы что-то явно пошло не так. Её лицо исказилось в гримасе боли и в следующую секунду переговорную накрыло сильнейшей псиволной, которая гарантированно выбила из сознания всех угодивших под неё. Какое-то время я пытался сопротивляться вырвавшейся силе, но надолго меня не хватило, слишком много сил я отдал Инессе.
Очнулся я оттого, что кто-то гладил меня по голове. Шепча что-то совершенно неразборчивое.
— Это не выход. Это не выход. Это не выход. Это не выход. Это не выход.
Беспрестанно продолжала повторять Юнзуа Ин. А это именно она гладила меня по голове.
Я потянулся к силе, но наткнулся лишь на пустоту.
— На время я заблокировал тебе возможность касаться силы. — сменив пластинку, сказала марионеточница. Вот только это явно был император, а не она сама. — Все остальные ещё находятся без сознания, как и Юн. Благодаря этому, я смог ненадолго завладеть её телом. У нас не так много времени, поэтому слушай и не перебивай.
Император помог мне подняться и после того, как я сел он начал торопливо говорить.
