– У меня нет подобной информации. Оперативное ядро памяти с данными по функционирующим системам не активно.
– Что за ерунда? – замираю в недоумении. Искин несет какой-то бред. Но в голове внезапно мелькает догадка: – Это не «гибернация» и никакой не «сон», вся станция еще не собрана для работы! А ты, скорее всего, имеешь ограниченный доступ к системам управления, большая часть из которых вообще элементарно не работает.
Теперь червячок сомнений, до этого момента цеплявший сознание неправильностью происходящего, нашел объяснение. Это не консервация и не гибернация, это неработоспособность почти всех систем. В противном случае пираты не смогли бы даже подняться на борт «Бастиона». На случай консервации защитные контуры остались бы в полуактивном состоянии, не позволяя кому попало здесь шастать. Встроенные турели, дроиды, платформы огневой поддержки – вся эта техника мигом бы испепелила нарушителей. Если бы те вообще смогли подлететь к стыковочному отсеку – лазеры ближней обороны тоже бы не спали.
Станцию просто-напросто не до конца наладили для полноценного функционирования, вот поэтому и реактор отключен, как и все остальное.
А искин, гад такой, пел что-то про «гибернацию». Врал, паршивец, врал. Ограничения на управление… Ха, да он попросту ничего не может сделать.
– Эй, Мидрад, – слегка повеселевшим голосом опять обращаюсь к искину. – Зачем говорил о «гибернации»? «Бастион» ведь полностью не собран и поэтому неактивен.
– Режим «гибернации» почти схож с тем состоянием, в котором сейчас находится станция, – в голосе искусственного разума послышались печальные нотки.
Электронная личность страдала от своей неполноценности, хоть как-то убеждая себя, что он не инвалид, лишенный рук и ног, а тот, кто сам решил ими временно не пользоваться. Необычный выверт поведения. Интересно, существует ли в Содружестве изучение психологии искинов? Этот Мидрад явно был бы хорошим пациентом для таких исследований.
– Ладно, все возвращаемся на корабль, – указываю пилотам рейдера на обратный путь.
Обе девушки все же начинают двигаться в том направлении без дополнительных напоминаний. Должно быть, уже пришли в себя. Может, стоило самому прикончить пирата? Этим двум, похоже, тоже может понадобиться психологическая помощь.
С пиратского рейдера вскоре уходит еще одно сообщение на Канваль. Первое я отправил почти сразу, как только взял корабль под свой контроль, с известием о том, что, жив и вскоре вернусь обратно. Система дальней связи на переделанном грузовозе не позволяла общаться в онлайн-режиме, а лишь обмениваться короткими посланиями с определенной задержкой. При этом обязательно нужно было находиться в неподвижности или как минимум на минимальной скорости.
Я уже знал, что Стелла жива – ее успели подобрать с «Элдриджа», и что все буксиры с межзвездными вратами в порядке. Сообщение из замка пришло как раз в тот момент, когда рейдер начал разгон для прыжка по здешним координатам.
Вскоре сюда прилетят освободившиеся корабли корпорации, чтобы вместо транспортных контейнеров утащить за собой станцию целиком в систему баронства. Оставлять бесхозным такое сокровище будет большой глупостью.
Субконтракт с техниками «Консорциума Т.А.О.» позволит наладить «Бастион» до работоспособного состояния. Уверен, с блокировкой искина специалисты тоже справятся, и Мидрад признает меня своим новым владельцем.
Вместе с тремя эсминцами типа «Хмарь», захваченных у герцога Орана, защита в космическом пространстве баронства Канваль выйдет на совершенно новый уровень. Никакие залетные гости уже не смогут внаглую появляться в системе и безнаказанно из нее уходить.
А еще через несколько дней состоится свадьба, вместе с новым общепланетным праздником, где, наверное, впервые в секторе Доминион, а может даже во всем Содружестве, пройдет самый настоящий военный парад.
Ну и конечно, не стоит забывать об аристократической тусовке на Сатлосе, где пройдет еще один праздник – День Примирения.
Эх, тяжела доля вольного барона Великой пустоты. Ни минуты спокойной жизни.
Яркое бездонное голубое небо беспрепятственно изливало на поверхность планеты теплые солнечные лучи. Редкие белесые облака совсем не портили, а скорее приятно дополняли картину небосвода. Вместе с легким освежающим ветерком, игриво гуляющим над землей, это создавало удивительно приятную погоду с веселым настроением.
