Трис живет обычной жизнью семнадцатилетней девушки, но все меняется, когда незнакомый парень просит ее о странной услуге. Он и его команда являются чем-то вроде ангелов правосудия, помогая слабым и угнетенным отомстить своим обидчикам. Но так ли уж невинны те, кто обращается к ним за помощью? И кто тогда судит их самих?
Все началось с предсказания.
Сквозь стеклянную дверь Трис уныло наблюдала, как на улице вихрится метель. Она лишь слегка пригубила пиво и откровенно скучала в компании подвыпивших ребят. Бывший одноклассник отмечал в этом кафе свой день рождения и, похоже, пригласил сюда всех, кого знал. Само заведение не внушало ей ни капли доверия: побитая мебель нуждалась если не в замене, то хотя бы в шлифовке и лакировке, облезлые стены как будто кричали: «Покрасьте меня!», а щербатая керамическая посуда и вовсе просилась на свалку. Убирать за гостями тут тоже никто не спешил: одна-единственная официантка флиртовала с нетрезвым завсегдатаем, в то время как на столах высились горы грязных чашек и тарелок. Глаза Трис слезились от сигаретного дыма, а застоявшийся запах плесени отбивал желание попробовать местные блюда.
В конце концов она сдалась. Стрелка часов стремительно приближалась к полуночи, а до дома было всего десять-пятнадцать минут ходьбы, так что провожатые ей не требовались. Когда Трис удалось привлечь внимание официантки, она попросила выбить отдельный счет и все время подавала соответствующие знаки, чтобы девушка не позабыла о ней. Вручив Трис засаленный чек, официантка поставила рядом блюдо с печеньем.
— Возьмите одно, — сказала она. — Это бесплатно.
Трис разломила печенье надвое. Из половинок выпала тонкая бумажная ленточка. Она вмещала в себе предупреждение:
[Остерегайтесь незнакомцев].
Прищурившись, Трис еще раз прочла надпись. Шрифт был совсем крошечным, и ей приходилось сильно напрягать глаза. Потом она недоуменно оглянулась на официантку, но та стояла к ней спиной. Это что, чья-то глупая шутка? Разве печенье не должно содержать лишь хорошие пожелания? Скомкав обе бумажки, Трис бросила их в урну. За спиной послышался пьяный гогот, кто-то ее окликнул, и она, больше не раздумывая, окунулась в холодный вечер февраля.
Трис бросила их в урну. За спиной послышался пьяный гогот, кто-то ее окликнул, и она, больше не раздумывая, окунулась в холодный вечер февраля.
Ветер швырнул ей в лицо снег. Спасаясь от вьюги, Трис поправила соскользнувший с плеча шарф, закутавшись в него по уши, подняла воротник и застегнула верхнюю пуговицу пальто. На углу кафе горел фонарь, прямо под ним стоял какой-то парень, и его длинная тень ложилась на дорогу. Парень курил, и она почувствовала на себе его взгляд. Всмотрелась в его лицо сквозь мутную пелену: кажется, незнакомец, — и мгновенно потеряла интерес.
Она осторожно прошла по асфальтированной тропинке, огибая обледеневшие участки пути, когда за спиной раздались шаги. Он приноравливался к ее скорости. Лед хрустел под подошвами его ботинок, и Трис отчетливо слышала этот хруст, как только ветер переставал тянуть свои тоскливые песни.
На следующем повороте она свернула влево, но тот парень не отставал.
Трис остановилась, и преследователь тоже замер. Горло сжал страх. Она растерянно оглянулась по сторонам, но вокруг не было ни души. Ближайший фонарь затрещал, мигнул и погас. Она оказалась в пятне абсолютной тени. Черными мрачными громадами нависали над ней жилые дома.
Остерегайтесь незнакомцев.
Парень изменил своему первоначальному плану, или, может, решил, что здесь удачное место для нападения. Он приближался. Трис сначала сжалась в предвкушении удара, однако потом обернулась к нему.
Он вовсе не показался ей зловещим. Ничуть не похожим на грабителя и маньяка. Даже симпатичный… Вот только одет он был совсем не по-зимнему: лишь короткая кожаная куртка нараспашку и поблекшие темно-синие джинсы, при этом ни шапки, ни шарфа… Снег ложился ему на плечи, набивался за воротник и покрывал волосы белой шапкой, и парень отряхнулся, как пес после купания. Его обволакивал вишневый запах сигарет.
Целую минуту он ничего не говорил. Его взгляд блуждал по лицу девушки так долго, что ей сделалось неловко. Он словно прикидывал, сгодится ли Трис для его целей или лучше обратиться к кому-то другому.
А потом изрек:
— Эй.
Трис притоптывала на месте от холода. Может, таким странным способом он пытался завязать знакомство? Еще больше она удивилась, когда парень прошел мимо и обернулся, не одолев и дюжины шагов, как будто рассчитывал, что Трис последует за ним. Она догнала его, и они зашагали бок о бок.
— Куда ты идешь? — непринужденно поинтересовался он, и девушка вновь усомнилась в его добрых намерениях. Не дожидаясь ответа, незнакомец произнес:
— Я провожу тебя. — А следующая его фраза повергла Трис в длительный ступор: — Мало ли тут всяких шатается.
Их ботинки оставляли за собой отчетливые следы в снегу. Его голос ей понравился, и Трис периодически косилась на парня. Они вынырнули из проулка и двигались по тротуару вдоль шоссе. Ночной город мерцал огнями, словно перемигиваясь со звездами в вышине, по дороге с шумом проносились автомобили.
