Мальчик и пёс полностью

Нажав кнопку на пульте, Харми прибавил громкость телевизора. Семья собралась после ужина вместе. Харми с женой пили кофе, дочка Эми играла с Кэнта. Так звали их сиба-ину.

«Сегодня вечером на северном пирсе порта Ниигата был обнаружен труп неизвестного мужчины-иностранца с многочисленными ножевыми ранениями. Полиция префектуры Ниигата ведет расследование, полагая, что убитый был членом преступной группировки, на счету которой серия преступлений в префектурах Фукусима и Мияги».

Тела убитого не показали, имени не назвали.

Однако Харми знал, что это Мигель.

Мигель мертв.

— Что случилось? — спросила жена.

Харми покачал головой и выключил телевизор.

— Ничего особенного. Что-то устал я сегодня. Сейчас приму душ и лягу спать.

— Конечно. Завтра тоже рано вставать. Труженик ты мой.

Харми поцеловал жену в щеку и пошел в ванную. Ему вдруг показалось, что с Эми дурачится не Кэнта, а Тамон.

Мигель умер. Что же станет с Тамоном?

— Должно быть, Мигель отправил его на юг, — пробормотал Харми на фарси. И добавил по-испански:

— Adiós, amigo!

— Что это?

Тайки Накаяма резко остановился. В нескольких метрах впереди из кустов кто-то выскочил.

Кабан? Медвежонок? Тогда где-то рядом может быть его мать. А это опасно.

Пульс Тайки, не переходивший на лихорадочный ритм даже во время бега по полузабытой горной тропе, резко участился.

Зверь бросил взгляд вправо-влево и увидел Тайки. Повернулся в его сторону; теперь они стояли друг против друга.

— Это же собака…

Тайки расслабился. Точно, собака. С виду и по шерсти похожа на овчарку, но поменьше. Похоже, метис.

— Что ты тут делаешь? — обратился Тайки к собаке.

Уши пса чуть приподнялись. Шерсть вокруг пасти была темная. Не от крови ли? Не иначе как поймал мышь-полевку. Едва различимый на теле собаки ошейник был изодран в клочья.

— Интересно, откуда ты сбежал? Плоховато тут, в горах, одному-то?

Тайки вытащил из бокового кармана рюкзака флягу с водой, утолил жажду.

Тропинку заливал пробивавшийся сквозь лесную чащу солнечный свет. Она вилась по склону Усидакэ[34]. Два раза в неделю Тайки приезжал на машине к тому месту, где начиналась тропа, бегом поднимался к вершине и так же возвращался обратно.

Эта гора служила для него хорошей тренировочной площадкой для занятий бегом.

Пес не сводил с Тайки глаз, наблюдая, как он пьет.

— Тоже в горле пересохло? — спросил Тайки.

Пес подошел ближе, будто понял, что ему сказали.

— Готов поделиться.

Тайки поднес левую руку к собачьей пасти и налил в ладонь воды из фляжки. Пес принялся быстро лакать.

— Что-то ты малость грязноват, дружище.

Грязи на собаке действительно было много. Похоже, пес удрал от хозяина и уже долго скитался по горам. Черные пятна вокруг пасти, скорее всего, засохшая кровь.

— Ты, наверное, еще и голодный.

Напоив собаку, Тайки снял рюкзак и дал ей печенье, которое прихватил с собой, чтобы перекусить. Пес с жадностью проглотил угощение. Присмотревшись, Тайки увидел на его боках выступающие ребра.

— Одному охотиться за добычей трудно, наверное.

Покончив с печеньем, пес повернул голову туда, куда вела тропинка. Сощурился и повел носом.

Не иначе что-то почуял.

— Что? Добыча? Ну, вперед! Прикончи ее! А я пошел.

Тайки надел рюкзак. Легонько шлепнул пса по голове и побежал.

Собака вдруг обогнала его и встала. Обернулась на Тайки и, обнажив клыки, зарычала.

— Ч-что такое?..

Собака залаяла. Голос у нее был низкий и мощный. Рык, а не лай.

— Это ты так платишь за добро? За воду и печенье?

Тайки остановился и приготовился к обороне. Пес не умолкал.

— Ну погоди…

Тайки почесал в затылке и бросил взгляд за спину. Подъем до вершины занял бы у него минут сорок.

Он снова посмотрел на собаку. Она продолжала скалиться и лаять, но нападать на него вроде не собиралась.

— Я хочу подняться на гору, понимаешь?

Пес вдруг перестал лаять, как бы потерял к Тайки интерес, и отошел в сторону, пропуская человека на узкую тропинку.

— Можно, да?

Пес никак не отреагировал. Тайки, наклонив голову, пустился бегом по тропе.

— Со странностями пес.

Ноги отяжелели. Не иначе непредвиденная пауза сбила с ритма. Он бежал, стараясь держаться в среднем темпе. После того как собака осталась позади, тропинка какое-то время шла прямо, потом стала плавно поворачивать направо.

На повороте Тайки остановился. Посередине тропинки лежала черная куча, от которой вился парок. Помет какого-то зверя.

— Ну и дела…

Единственное животное, способное сделать такую кучу, — это медведь[35]. Тайки знал, что они водятся в горах, но встречаться с ними ему не приходилось.

Судя по поднимавшемуся над кучей парку, медведь прошел здесь совсем недавно. Тайки огляделся по сторонам. Тихо, никого вокруг.

— Вот оно что…

Тайки оглянулся. Неистовый лай собаки, наверное, испугал медведя, и тот убежал.

— На сегодня хватит, пожалуй.

Он повернул назад и стал спускаться по тропинке. Дойдя до места, где расстался с собакой, остановился. Ее нигде не было видно.

— Эй, псина! Ты где? — крикнул Тайки, всматриваясь в лесную чащу. Услышал вдалеке шорох сухой травы под чьими-то ногами и опять насторожился.

— Псина, это ты? Подай голос.