— При чем тут презирать! Да, это плохо, когда человека ограничивают одни заботы о коровах и урожае, ему, наверное, совсем бы не помешала хорошая музыка, послушал бы он и песни, которые пели Шаляпин, Русланова, посмотрел бы хорошее кино. Вот об этом бы подумать власть у которых, а не только гнобить человека трудом до полусмерти! — выпалил Коля и удивился, как гладко у него это получилось.
— И я о том же, — примирительно сказал Сашка. — Не думали, не заботились у нас о человеке никогда. Ни при царе-батюшке, ни при Ленине-Сталине-Хрущеве-Брежневе, а сейчас и подавно он никому не нужен.
— Так кто же его защитит? Руцкой с самолетами? Ельцин с оравой грабителей? Или мы с тобой, когда станем генералами и маршалами?
Будущих генералов и маршалов позвал сигнал на ужин — вопрос о защите трудового народа на время был отставлен.
Кира пришла с работы сама не своя. Не заметить такой перемены у дочери Валентина Ивановна не могла.
— Что случилось? — спросила она. — На тебе лица нет. На работе что-то не так?
— Все так. Ничего не случилось, — ответила Кира, глядя в пустоту.
— Не говори неправды, — добивалась истины Валентина Ивановна. — Что случилось?
— Случилось то, что и должно было, я сказала Гришке, чтобы он больше к нам не приходил. Вот так.
— Интересно, чем же он провинился, что ты так резко его оттолкнула?
— Лучше раньше, чем потом локти кусать.
— Смысл есть в твоих словах, но не поторопилась ли ты с таким решением?
— Не поторопилась.
— Хорошо, — сказала Валентина Ивановна после долгого разглядывания дочери. — Иди умывайся, будем ужинать. За столом и поговорим.
За столом Кира, часто сбиваясь, рассказала историю, так повлиявшую на ее отношение к Грише.
В конце рабочего дня Гриша, как всегда, встретил Киру около детского садика, куда она устроилась воспитательницей после неудачной попытки поступить в педагогический институт. Тогда она убедила на семейном совете Валентину Ивановну и Лизу, что никакого платного обучения ей не надо, что для этого большой нужды нет, поработает, проштудирует «науки» и свободно поступит в следующем году на бюджетный курс.
— Но это ж год мы теряем, — сомневаясь в правильности решения Киры, говорила Валентина Ивановна.
Но Лизе эта идея понравилась.
— Я считаю, так будет правильней, — сказала она. — Отдохнет от школы, подготовится не спеша и поступит. Да и заработанная копейка не будет лишней. Купит что-то из одежды; сапоги скоро протрутся до дыр, да и от моды они далеки.
— Все это правильно, — соглашалась и не соглашалась Валентина Ивановна. — Но теряем целый год!
— Господи! — воскликнула Лиза. — Да у нее этих годов будет бессчетно! Только жить начинает!
— Забудет то, что знала, — перечила Валентина Ивановна. — Расслабится. Потом передумает и останется при своем малом, без образования.
— Не останется! — категорично настаивала Лиза. — Закончит, если есть голова на плечах! А если не закончит, то и беда не велика, живут и без высшего образования!
— Зачем ты такое говоришь! — возмутилась Валентина Ивановна. — Если есть возможность приобрести высшее образование, то почему не постараться и не сделать это? Подожмемся немного и сможем оплатить обучение. Походит пока в том, что есть, а к занятиям купим сапоги и пальтишко.
— Не надо, мама, мне ничего покупать, платить за обучение тоже не надо. Я уже устроилась на работу. В понедельник анализы будут готовы, медосмотр пройду — и буду работать.
— Ты бы хоть догадалась мне об этом сказать, прежде чем принимать такое решение! — с обидой высказалась Валентина Ивановна. — Чай, не чужая я тебе, плохого не посоветую!
— Прости, мама, — приложила руки к груди Кира, — но так неожиданно все получилось: мы с подружкой, она тоже не прошла по конкурсу, прочитали объявление в газете, пришли и нас приняли. Буду работать!
Гриша весь светился от радости, Кира заметила это еще издали.
— Что с тобой? — спросила она, дружески чмокнув его в щеку. — Никак миллион в лотерею выиграл?
— Сюрприз тебе приготовил! — радостно сообщил он.
— Уже интересно! — посмотрела Кира, слегка отдалившись от Гриши. — Давай бей!
— Идем на новоселье! — выкрикнул Гриша.
— К мэру города?
— К Косте Барышникову! К тебе шел, а встретил его. Говорит, бери свою девушку и быстро ко мне!
Кира с прищуром посмотрела на «своего» парня.
— «Свою» девушку! — хмыкнула она. — Надо же!
Гриша на это замечание не обратил внимание.
— Понимаешь, он тут недалеко. Сказал, пока вы придете, я кое-что приготовлю. Будут еще его друзья. Музыку послушаем, говорит, есть новые записи. Согласна?
— У «своей» девушки есть свое мнение?
— Что ты цепляешься за слова? Все так говорят!
— Все да не все. А обо мне так больше не советую говорить. Не надо.
— Хорошо. Не буду, — быстро согласился Гриша. — Так, идем?
— На один час, не более!
Костя деловито встретил гостей, попросил подождать немного, скоро будет готова курица в духовке.
Кира спросила, чем может ему помочь, Костя, белозубо улыбнувшись, от помощи отказался. Зазвонил звонок, и он кинулся к двери, не досказав фразы. Вошли парень и девушка. Вручили Косте пакет, в котором угадывались бутылки. Познакомились. Валентин и Светлана.
