Я занял рабочее место в башне, которое раньше принадлежало матушке Луны. Девушка была не против и даже рада, что я тут буду работать. Так что место у меня было, но инструменты я пока не трогал. Все руками, все руками…
Первые сто двенадцать заготовок я запорол… Все вроде бы получалось нормально, но в итоге я находил еле заметный косяк и все начинал заново. Только сто тринадцатая заготовка заработала как надо. Неяркий свет окружил пластину, и, приложив её к поражённому проклятием месту, я мог очистить его.
Сто четырнадцатую заготовку я запорол, как и еще двадцать пять. Потом у меня пошла полоса переменной стабильности. Начиная с триста двадцатой заготовки, я начал клепать артефакты как машина.
Была цель, не было препятствий. Тикберри только и успевал таскать мне деревца из Запретного леса, которые я быстро перерабатывал в заготовки. В итоге я завершил задание Лили, создать ровно сотню артефактов подряд, и тут мне открылось новое послание от чертовой интриганки.
Что я могу сказать? Что Лили опять вывернула мне мозг наизнанку? Да, вывернула. Её интриги — это просто нечто… Но если Поттеры и правда живы, это дает мне шанс. Шанс выжить в этом безумном мире.
Да, пока ничего не происходит, но надежды на то, что так будет и дальше, не сильно много. Поэтому я готовлюсь ко всему, к чему в принципе сейчас могу подготовиться. Так что артефакторику нужно продолжать изучать ударными темпами.
Через день случилось вроде бы рядовое событие. В обед Луна забавно чихнула. Ну чихнула и чихнула. Сейчас резко похолодало. Подул холодный и влажный ветер. Осень вступила в свои права и начала пробираться в замок, заставляя учеников наматывать сопли на кулак. Поэтому в чихе ничего не было странного.
Вот только чем дальше, тем сильнее Луна чихала. В конце концов её отправили к Помфри, которая выдала ей Бодроперцовое зелье и забыла об очередной простуженной.
Вот только чихать Луна не перестала, а на следующий день вместе с чихом у неё из носа хлынула кровь.