Какая неожиданность. Я переглядываюсь с Ксюней и Артёмом. Друзья тоже заподозрили неладное. Ну да, ну да. Нам уже приготовили местечки.
Воспитатели раздают коробочки с пазлами, и я уже знаю — мне сейчас подложат свинью. И точно. Открываю свою и фыркаю. Серое небо. Просто серое, с какими-то облаками. Почти однотонное, различия едва заметны, а потому собирать его — настоящий ад.
Приподнимаюсь, заглядываю к Денису. Ну конечно. Яркая, пёстрая мозаика — тигр плещется в воде в закат. Та же у Кати и их дружков. Им даже думать не надо — складывай по цветам, и готово. Всё ясно. Система взялась за старое. Ну, хуже же ей.
Принимаюсь за работу. Не в первый раз. Такое ощущение, будто меня засунули в грязное болото, но я его разгоняю Атрибутикой, ускоряя работу мозга. Картинка складывается на раз, руки сами находят нужные кусочки, глаза выхватывают малейшие отличия, и вот — я уже почти первый.
Но тут взгляд падает на Ксюшу. Она собрала треть, не больше. Приглядываюсь к её пазлу — тот же самый кошмар, что у меня. Затем бросаю взгляд на Артёма. У него зелёные луга, однообразная травянистая масса. Хел дери меня. Тоже весело.
И тут меня прошибает. Мы влипли. Я-то соберу, но если закончу слишком быстро — Ксюша и Артём останутся среди «исправляшек», а я окажусь в «лучиках» вместе с Денисом и Катей. Да ну на фиг! Не хочу к этим двум!
Я делаю над собой усилие и замедляюсь. Начинаю вставлять фрагменты очень медленно. В конце остаётся один последний кусочек.
Он идеально подходит.
Но вставлять не спешу. Пусть система поперхнётся этим фрагментом.
Верность — главное качество хирдмана. В прошлой жизни я насмерть стоял за своих солдат, и в этой ничего не изменится.
— Готово! — звонко объявляет Денис, поднимая руку. Ну наконец-то. Долго же он возился…
Потом сдаёт Катя, следом и свита этих двоих. Им тут же выдают жёлтые галстуки «лучиков». Следом идут «работяжки» — счастливые обладатели достойных зелёных галстуков.
Не справились только мы.
— Время почти вышло… — воспитательница уже собирается объявить завершение, но вдруг замирает, уставившись на меня.
Я спокойно сижу за столом, а передо мной почти собранный пазл.
Почти.
Одна пустая выемка.
Последний фрагмент лежит у в одном сантиметре от места, куда ее нужно вставить.
— Княжич Слава, ты почти справился, — осторожно замечает она.
— Пофти, — киваю я и поднимаю фрагмент над столом. — Но не успел.
Демонстративно откладываю его в сторону.
— Давайте мой класный галстук уже.
Ксюня и Артём одновременно округляют глаза.
Пока воспитательница дает нам галстуки, гляжу на Дениса и Катю. Те сияют, как начищенные самовары. Катя, растягивая губы в довольной улыбке, поправляет свой жёлтый галстук, а потом подходит к Ксюне, картинно хлопает глазами и протягивает слащавым голоском:
— Ксюня, а тебе идёт клааасный!
Тьфу.
Я усмехаюсь, скользнув по Катьке взглядом:
— А тебе идёт лёккий пазл. Как лаз по твоим мозгам.
Катя тут же возмущенно морщит носик:
— У меня был не лёгкий! Сложжный был! Вы плосто собилать не умеете!
Я невозмутимо вскидываю бровь, глядя на неё сверху вниз:
— Сколо завтлак, кашу взолвать?
Катя вздрагивает, бледнеет, и, не дожидаясь продолжения, срывается с места и уносится в закат со скоростью пнутой кошки.
Ксюня смотрит на мой красный галстук, потом медленно тычет в него пальцем:
— Сава… Почиму?
Я пожимаю плечами:
— Потаму што ты мая.
Ксюня тут же бросается мне на шею, обвивает руками и вцепляется так, будто я последний воздушный шарик на празднике.
Артём стоит рядом, хмурится, морщит лоб, сопит, явно что-то обдумывает, потом выдает в непонятках:
— А я?
Я хмыкаю поверх Ксюниных рук:
— И ты мой балбес.
Артём кивает:
— Лады. Но абниматься не будим.
— Да, не будим, — тут же соглашаюсь, одновременно пытаясь отцепить от себя Ксюню.
А это непросто. Она не отпускает. Ну вот. Попал.
После тестирования нас снова выстраивают в линейку в спортзале с дощатым полом. Директора Ильинов в этот раз нет, и воспитательница сразу берёт командование, глядя на нашу троицу, будто на сорвавшихся с поводка щенят:
— «Исправляшки», вставайте сюда.
Она указывает на самый конец очереди, и мы с Ксюней и Артёмом оказываемся позади остальных ребят. Всё ясно. Мы — местные изгои.
Перед нами шеренга «работяжек» — их лица выражают смесь осторожного облегчения и любопытства. А в первых рядах — «лучики», сияющие, будто только что получили пропуск в рай.
Тем временем появляется и директриса, сияя улыбкой благосклонной богини.
— Мои дорогие, поздравляю! Хорошо справились с тестом почти все, — мимолётный взгляд в мою сторону. — Выстраиваемся в колонну! «Лучики» — первыми! Молодцы! «Работяжки» — следом! А теперь — на завтрак.
Плетёмся мы трое в конце, конечно. Группу ведут в столовую, где нас снова делят. «Лучиков» — за лучшие столы. Мы с Ксюшей и Артёмом тащимся к своему «почётному» месту, нас отодвинули в самый угол. Столик маленький, шаткий. Свет здесь не тёмный, но приглушённый, будто кто-то специально выкрутил лампы на минимум.
А «лучики» купаются в люминесцентном свете. У них нормальный стол. Тарелки? Красивая керамика с узорами.
