Линь Пин ничего не ответила, лишь, водя тонким пальчиком по одеялу, написала слово «дом».
Все погрузились в молчание, на мгновение оказавшись во власти необъяснимой тоски. Вот он, источник ее печали, но против него они бессильны. У Цзя Ли брови взметнулись вверх, и он сменил тему разговора, заговорил о чем-то веселом. Вернувшись домой с мамой и сестрой, они распахнули двери, и Цзя Ли громко закричал: «Мы дома!» Когда есть дом, можно спать спокойно.
Не успел Цзя Ли и глазом моргнуть, как приблизился Новый год. По его мнению, в этом празднике только и было хорошего, что красные конверты с деньгами – в Китае их обязательно дарят детям. Больше ничего, без чего нельзя прожить, в нем не было. Только подумайте: перед Новым годом царит полный кавардак, дома делают генеральную уборку, тебя гоняют туда-сюда со всякими поручениями, в кухню входить приходится боком, потому что там все завалено мясом, на полу лежит какая-нибудь мороженая курица или что-то вроде того. Мамочка из семьи У готовит целое море блюд и, словно хочет за что-то отомстить, подстрекает всех с ними разделаться.
Цзя Ли надеялся, что папа проведет Новый год в больнице, ведь тогда праздник будет отличаться от прошлых, появится какое-никакое чувство новизны. Но мама и Цзя Мэй ждали, что папа выпишется. Его лечащий врач придерживался традиционных взглядов, считая, что Новый год надо встречать в кругу семьи, поэтому поставил подпись на выписке.
В канун Нового года вся семья встретила папу из больницы. Линь Пин выглядела очень печальной и снова и снова спрашивала:
– Вы не будете меня навещать?
Мама ответила:
– Конечно! Я буду тебе вкусности носить!
Глазами, полными слез, Линь Пин поглядела на маму и бросилась ей в объятия.
– Не хочу оставаться в больнице, – плакала она, – я тоже хочу выписаться!
Лица у всех тут же посуровели. Папа пошел к лечащему врачу Линь Пин, следом побежал и Цзя Ли. Он чувствовал себя не в своей тарелке, когда рядом кто-то плакал. Любителям порыдать становится легче, когда они выплачутся, а те, кто не может этого сделать, хоронят печали в глубине сердца.
Лечащий врач Линь Пин был лысым, немного педантичным стариком, но глубоко разбиравшемся в искусстве врачевания. Узнав, с какой целью к нему пришел писатель, он погрузился в раздумья, а затем сказал:
– У больной врожденный порок сердца, от него нет специального лекарства, и приходиться полагаться исключительно на отдых и покой. На настоящем этапе ее состояние стабильно, можно перевести ее на домашнее лечение.
– Великолепно! – воскликнул Цзя Ли.
Врач неторопливо сказал:
– Я обсуждал это с родственниками больной, но они полагают, что ее выписка повлияет на празднование Нового года в их семье, поэтому решили, что заберут ее домой уже после Нового года.
– Вот каменные! – завопил Цзя Ли. – Они даже не подумали, как Линь Пин несчастна.
– В мире всякие люди попадаются! – заволновался папа. – У них нет ни малейшего понятия о любви.
– Очень жаль, – покачал лысой головой доктор. – Мы можем спасти сердце, но не можем судить, хороша ли человеческая душа!
Утром в канун Нового года папа, только что выписавшийся из больницы, снова вышел из дома со словами, что нужно еще раз съездить в больницу, как будто он там уже настолько обжился, что она стала его домом, и он временами скучает по белоснежным больничным простыням. Цзя Мэй сказала:
– Передай там Линь Пин, что вечером я приду ее проведать!
Как будто она была единственным другом Линь Пин!
Цзя Ли был не в духе, думая о том, как грустно будет Линь Пин слышать в новогоднюю ночь за стенами больницы взрывы хлопушек. Если бы можно было всей семьей провести новогоднюю ночь в палате, до чего бы было хорошо! Это была глупейшая идея. Цзя
Ли еще раз хорошенько ее обдумал. Старый охранник в стационаре свиреп, как гроза!
Папа вернулся в полдень и, сияя, сказал:
– Эй, вечером к нам на Новый год придет важный гость! Просто прекрасно!
– Уж не учитель ли Чжа придет беседовать о пьесах? – перебил Цзя Ли.
– Этот гость будет с нами за новогодним столом, проведет у нас дома ночь, и только утром вернется к себе.
– Вы хотите весь день и всю ночь болтать о Шекспире?
– Да ну тебя! Иди-ка и напиши на маленькой доске приветственные слова! – распорядился папа.
– Что писать? – с ленцой отозвался Цзя Ли. – «Дискуссия по пьесам Шекспира»?
– Просто напиши: «Добро пожаловать, Линь Пин!»
Ну и ну! Вся семья разом оживилась. Цзя Ли схватил две крышки от кастрюли и захлопал ими, как музыкальными тарелками.
Оказывается, папа с утра ходил к дяде и тете Линь Пин, чтобы те согласились на выписку племянницы, но получил отказ. Тогда он отправился на битву в больницу и растрогал лысого доктора. Тот сказал:
– Сегодня ночью мое дежурство, я даю вам пропуск!
Этот доктор – великий человек! Цзя Ли очень захотелось пожать ему руку.
Вечером вся семья забрала Линь Пин из больницы. Хоть охранник стационара и был свиреп, но он послушался указаний доктора, поэтому все прошло гладко.
