Его скосил модлинстритовский нападающий. Пнул в голень, хотя у Денниса и мяча-то не было. Деннис лежал в грязи, держась за ногу. Больно было ужасно. Судья всё проглядел.
— Да он симулирует, судья! — заявил модлинстритовец. Зрители неодобрительно загудели.
Деннис изо всех сил старался не расплакаться. Перед глазами всё плыло.
Лёжа на газоне, впечатавшись щекой в траву, он вглядывался в толпу. Сквозь слёзы он заметил очень знакомую красную клетчатую куртку…
А потом красная клетчатая куртка приняла очертания мужчины…
И этот мужчина закричал, звучным голосом, ещё более знакомым:
— ЭЙ! ЭТО ЧТО ТАКОЕ ТВОРИТСЯ?
Папа.
Невероятно. Папа первый раз пришёл на школьный матч — и вот Деннис лежит на земле, зарёванный, в платье. Ему достанется по первое число…
Но папа посмотрел на Денниса и улыбнулся.
— ЭЙ! СУДЬЯ! — крикнул он. — Тот парень лягнул моего сына!
Деннис поднялся, нога по-прежнему болела, но по всему телу растекалось тепло. Он встал прямо, улыбнулся папе через плечо.
— Ты как? — спросил Дарвеш.
— Порядок, — ответил Деннис.
— ДАВАЙ, СЫН! — закричал папа, входя в азарт. — У ТЕБЯ ПОЛУЧИТСЯ!
— Я позвонил ему в перерыве, — сказал Дарвеш. — Ты говорил, твой папа никогда не видел тебя на поле — ну я и подумал, ты ж не захочешь, чтобы он такую игру пропустил.
— Спасибо, друг, — сказал Деннис. Стоило Деннису подумать, что Дарвеш уже не сможет его удивить, не сможет стать другом лучше, — как тот умудрялся самого себя перещеголять.
Гарет отобрал мяч у модлинстритовца. Дарвеш вышел к краю поля, и Гарет отдал ему пас. Противник атаковал Дарвеша, и тот вернул мяч Гарету. Гарет на секунду запаниковал, потом сделал передачу на Денниса, и тот, обойдя защитников, пробил над головой вратаря прямиком в ворота.
6:7!
Прозвучал финальный свисток. Игра окончена.
— Уууууууууууууууууррррррррррррррррррраааааааааааааааааааааааааааааааа! — кричали болельщики.
— ВПЕРРРРРРРРРЕЕЕЕЕЕЕЕД-СЫЫЫЫЫЫЫЫЫН! — кричал папа Денниса.
Деннис оглядел толпу и улыбнулся. Вроде бы среди болельщиков промелькнуло лицо Джона, но от волнения перед глазами всё расплывалось. Первым подошёл и обнял Денниса Гарет. Потом Дарвеш. И вот уже все игроки обнимаются, празднуя победу.
Их школа никогда даже в полуфинал не выходила, а сегодня они выиграли кубок!
Папа, не в силах сдерживать восторг, выбежал на поле. Он подхватил Денниса и посадил себе на плечи.
— Это мой сын! Мой мальчик! — кричал папа, вне себя от гордости.
Раздался новый залп аплодисментов и криков «ура!». Деннис рассыпал направо и налево тысячу улыбок. Он посмотрел вниз — на Гарета, Дарвеша, остальных товарищей по команде. Все они были в платьях.
«Интересное дело, — подумал Деннис, — я уже не чувствую себя не таким, как все».
Но эту мысль он оставил при себе.
Команда «Модлин-стрит» вместе со своими болельщиками потопала домой, бормоча что-то про «договорняк», «переигровку» и «уродов».
Гарет передал блестящий серебряный кубок Дарвешу.
Толпа радостно загудела.
— Мой сын! Мой сыночек — футболист! И тебе так идёт жёлтый! — воскликнула Дарвешева мама. Дарвеш посмотрел на неё и поднял кубок повыше.
— Это для тебя, мам, — сказал он.
Она достала бумажный платочек и утёрла слезу. Потом Дарвеш передал кубок Деннису. Тут откуда-то снова возник мистер Хотри.
— ВАМ НЕ ПОЛОЖЕНО, ЮНОША!
— Но, сэр! — взмолился Деннис.
— Вы всё равно отчислены.
Толпа возмутилась. Мак на секунду вытащил изо рта ириску и неодобрительно поулюлюкал вместе со всеми. Даже мисс Виндзор позволила себе коротенькое «у-у-у!» в стиле Французской революции.
— ТИШИНА!
И все замолчали. Даже взрослые испугались.
— Но я думал… — сказал Деннис.
— Значит, неправильно думали, — рыкнул на него мистер Хотри. — А теперь покиньте территорию школы, пока я полицию не вызвал.
— Но, сэр…
— ЖИВО!
Тут вмешался папа.
— Ну вы и кретин, — сказал он. Мистер Хотри смутился. Никто никогда так с ним не разговаривал. — Мой сын выиграл для вашей школы кубок.
— А мой сын Дарвеш помогал! — прибавила Дарвешева мама.
— Но Деннис отчислен, — сказал мистер Хотри с гаденькой самодовольной улыбочкой.
— Знаете что? Сейчас как возьму и засуну вам этот кубок в одно место! — сказал папа.
— Ой-ёй, он ещё похлеще меня, — пробормотала Дарвешева мама.
— Послушайте, как вас там…
— Симз. А он — Деннис Симз. Мой сын Деннис Симз. Запомните это имя. Однажды он станет знаменитым футболистом. Зарубите это себе на носу. А я — его отец, и я очень им горжусь. Пойдём домой, сынок, — сказал папа, взял Денниса за руку, и они пошли напрямик через футбольное поле.
Платье волочилось по грязи, но, шлёпая по лужам, Деннис не отпускал папину руку.
— Извини, оно всё грязное, — сказал Деннис, возвращая Лизе платье подружки невесты. После финала они сидели на полу в её комнате.
— Жалко, что ничего не вышло. Я старалась, — сказала Лиза.
— Лиза, ты такая молодчина. Благодаря тебе я смог сыграть в финале. Это самое главное. А мне надо просто найти другую школу — в которую примут мальчика в платье.
— Как насчёт «Модлин-стрит»? — с улыбкой сказала Лиза.
Деннис рассмеялся. Они немного помолчали.
