Мальчик в свете фар полностью

– Нет, такого со мной не случалось.

– Такие вещи что-то делают с командой, понимаете? – сказала Миа с раздражением.

– Я прекрасно понимаю. Я знаю, чем вы занимаетесь, и вы должны знать, что мы все относимся к вам с глубоким уважением. И тем не менее.

– Это не кто-то из наших, – кратко сказала Миа и потянулась за чаем, но чашка оказалась пуста.

Она взглядом поискала официанта, но не нашла.

Нет, это все чушь собачья.

Героин? Кто-то из команды?

Да не может быть.

– Карри, – вдруг сказал Волд, словно кто-то резко снял иглу с пластинки.

– Чего?

– Мы думаем, это Юн Ларсен, – серьезно сказал Волд.

– Об этом и речи быть не может, – сказала Миа, даже рассмеявшись. – Карри? Нет, вы ошибаетесь. У Юна много странностей, но он бы никогда не…

– У нас достаточно уверенности в том, что это один из отдела по борьбе с наркотиками, – перебил ее Волд.

– Карри не оттуда.

– Ларсен неоднократно сотрудничал с наркоотделом, – продолжил Волд. – Кроме того, в его личной жизни есть факты, говорящие о том, что у него не все в порядке.

– Послушайте…

– Могу я продолжить? – настоял Волд. – Некоторое время назад Юна Ларсена бросила невеста, верно? И в тех отношениях собственником имущества была она. Квартира, где они жили, принадлежит ей. У него ничего нет.

– Нет, ну это…

– Сейчас он живет в общежитии, у него нет денег, по уши в долгах. Много пьет и находится в поверхностных отношениях с молодой девушкой двадцати одного года. Луной Нювик, барменшей, побывавшей в поле внимания полиции в связи с наркотрафиком. Это делается так: молодых людей, ничего еще толком не понимающих, используют в роли верблюдов. Так они и ввозят товар в страну.

– Это не Карри, – настаивала Миа. – Если бы вы его знали, вы бы сказали то же самое.

Волд поднял руку и снова прервал ее.

– Вы поможете нам? Хотя бы чтобы опровергнуть наши предположения?

В кармане его пальто снова завибрировал телефон. На этот раз он посмотрел на него и поднялся из-за стола.

– Извините, тут кое-что случилось. Вы можете, по крайней мере, подумать об этом?

– Я думаю, вы ошибаетесь.

– Вот мой номер, – сказал Волд, приложив палец к визитке, которую протянул ей. – Я позвоню вам завтра. Хорошо?

Волд коротко улыбнулся, крепко пожал ей руку, стал пробираться сквозь толпу и вскоре исчез. Миа взяла ручку и попыталась вернуться к материалу, но момент был упущен.

Твою мать.

Карри?

Нет.

Не может быть.

Она собиралась заказать еще чаю, когда у нее зазвонил телефон.

– Привет, Холгер, что такое?

Голос Мунка звучал очень странно.

– Ты должна на это посмотреть, – тихо сказал он.

– На что?

Вдруг кто-то в баре засмеялся, и Миа не расслышала, что он сказал.

– Ты должна сама увидеть. Сейчас пришлю адрес.

– Ок, – сказала Миа, быстро убрала свои записи в сумку и выбежала, окликая такси.

Миа заплатила таксисту и обнаружила Мунка около солярия с сигаретой в зубах и мрачным выражением лица.

– Что такое?

Мунк только покачал головой.

– Помнишь про загрязнение мест преступления?

– Помню.

– Ресепшионист в «Лундгрене» сказал, что Курт Ванг говорил с молодым человеком, прежде чем зайти в свой номер. Тот парень был из клининговой службы.

– Вчера вечером?

– Да.

– Клининговая служба, – сказала Миа, достав пастилку из кармана. – Как же мы раньше не додумались. Волосы, ногти, экскременты? Вот где он добыл все это. Это блестяще, Холгер.

Клининговая служба?

Конечно.

Она ощутила, как по спине пробежали мурашки, и улыбнулась Мунку, который по какой-то причине не казался таким же возбужденным.

– И? – с энтузиазмом спросила Миа.

– Я навестил ту службу.

– И?

– Они никого не посылали вчера в отель.

– Но?..

Миа покачала головой, не понимая, что его так терзает.

– Но они знают, кто он такой?

Мунк затянулся и медленно кивнул.

– Карл Эйон. Мне дали адрес, телефон у него выключен.

– Гениально, Холгер. Так чего мы ждем? Что там? Что ты хотел мне показать?

– Бергенсгата, 41, – пробормотал Мунк.

– Что?

– Это адрес, который он оставил.

Миа уже вся сгорала от нетерпения, с трудом могла спокойно стоять, но Мунк по-прежнему ничего не говорил.

– Но какого черта, Холгер? Что происходит? У нас есть имя! Есть адрес! Чего мы ждем? Что ты хотел мне показать?

– Вот это, – тихо сказал Мунк.

Он бросил сигарету на тротуар, засунул руки в карманы и прошел вперед за угол высокого здания.

Бергенсгата.

Что-то зашевелилось в голове.

Что это было?..

Мунк остановился около тротуара и кивнул на противоположную сторону улицы.

И тут Миа его увидела.

Маленькое, ржаво-красное промышленное здание.

Но…

– Что за чертовщина, Холгер?

Мунк повернулся к ней и кивнул.

– Теперь понимаешь?

– Он оставил… этот адрес?

Миа почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.

– Твою мать, Холгер. Ты уверен?

Мунк молча кивнул.

– Но… это же не может быть правдой?

– Нам стоило это понять, – пробормотал Мунк. – Фотографии, камера перед трупом… Наверное, мы должны были увидеть здесь связь?

– Вот дьявол, – пробормотала Миа и заставила себя посмотреть снова, хотя внутри все кричало против.

Старого образца промышленное сооружение в Бьелсене.

Бергенсгата, 41.