– И что ты хочешь сказать? – спросила Анетте.
– Мы всерьез полагаем, что это один и тот же человек?
Голи бросила беглый взгляд на листочки.
– Холгер…
– Но я серьезно. Посмотри сюда, тут же…
– Я знаю, что тебе это не нравится. Что они вот так запросто взяли все под свой контроль. Мне и самой это не особенно нравится, но что нам остается делать?
– Нет, я серьезно, – повторил Мунк. – Я вижу, что сходство есть, но
– Да, но ведь эти два тоже непохожи.
Она указала пальцем на два рисунка.
– Мы ведь уже решили, что он маскируется, переодевается, или что там еще можно делать.
У Голи снова зазвонил телефон. Она бросила краткий взгляд на дисплей.
– Миккельсон. Я должна ответить.
– Подождет, – прорычал Мунк. – То есть ты считаешь, что этого сходства достаточно, чтобы мы с легкостью позволили им управлять всем?
– Ведь это всего лишь наброски…
– Я знаю. Но я отправил Карри.
– Куда?
– К тем, кто действительно видел его. Вживую.
– В отель в Гамлебюене?
– И в клининговую службу Сагене.
– Отличная идея. Хотя я бы хотела иметь его под рукой в участке.
– Только чтобы подтвердить.
– Что это один и тот же парень?
– Да.
Анетте улыбнулась.
– Конечно, Холгер. Это тебе решать, хоть я и…
– Ты им доверяешь?
– Не вижу причин не доверять. Зачем им указывать нам на неверного человека? Выдавать секретную информацию, если на это нет оснований? Ну, ты же сам видел, чем они располагают? У нас нет и десятой доли их ресурсов. У меня было такое чувство, что за окнами там находится ЦРУ. Сколько времени им потребовалось, чтобы выйти на Хоровица? Двадцать минут?
– Да-да.
– Решать, конечно, тебе, Холгер. Но если ты спрашиваешь меня, мы идем по правильному следу. Не забывай, что фотографии Хоровица трехлетней давности. И опять же…
– Наброски, я знаю. Я просто хочу быть уверен.
– Само собой, – сказала Анетте, поднимаясь.
– Еще кое-что, – сказал Мунк, жестом показывая ей сесть обратно. – Ты заметила, что они не дали нам тот список из пятидесяти имен?
– Засекреченный, – кивнула Анетте. – Как там, NTK?
– NTK, пусть поцелуют меня в зад, – пробурчал Мунк и достал еще один листок из папки.
– Ты взял его с собой? – удивилась Анетте.
– Конечно. Нужно же было узнать. И посмотри сюда.
Он быстро указал на несколько имен в списке.
– О чем ты?
– Анн-Хелен Ундергорд?
– И?
– Том-Эрик Вангсетер?
– Я не понимаю тебя.
– Они сказали, что у нас нет ресурсов, помнишь? Чтобы присмотреть за этими несчастными людьми. Предупредить их хотя бы.
– Холгер… – сказала Анетте, покачав головой.
– Я серьезно. У скольких человек такие имена? Антон Биргер Лундамо? Я вижу, что большинство имен из списка могут принадлежать многим людям. Но эти? Почему бы не сделать что-нибудь?
– Холгер…
– Нет, ну, я не шучу. Я думал поручить это нашим людям.
– Связаться с ними?
– Да.
– Нет, нет.
– Почему нет?
Голи склонилась над столом к нему, украдкой оглянувшись по сторонам, и прошептала.
– И что им сказать? У нас на свободе бегает чокнутый, убивает случайных людей, и ваше имя в списке? Как думаешь, сколько времени пройдет, прежде чем ты увидишь
– Да, но, черт же, Анетте, а если бы там был кто-то из твоих родных?
– И кого мы отправим на дело? Габриэля? Ильву? Крипос уже переориентирован. Весь участок в Гренланде тоже. Каждая чертова машина дорожного патруля занята слежкой. Все это намного больше нас, Холгер. Благо нации. Спокойствие населения и все такое. Не говоря уже о том, что они избавятся от тебя за считанные секунды. Не успеешь оглянуться – и ты уже считаешь белых медведей на Шпицбергене.
– Да я срать хотел на это.
– Делай, как хочешь, – сказала Анетте, в то время как ее ужасно раздражающий телефон начал вибрировать снова. – Я верю, что они делают правильный выбор. Кабинет премьер-министра. Юстиция. Не просто так они едят свой хлеб. Иван Хоровиц. Я убеждена, что кто-то что-то знает, нужно только отсеять всех сумасшедших. Мы близки. Скоро что-то найдется. Я чувствую это. Мне пора возвращаться, ладно?
Анетте встала и взяла сумку со стола.
– Надеюсь, ты права, – пробормотал Мунк, засунув бумаги в папку. – Ты мне сообщишь немедленно, если что-то случится?
– Ты первый в списке, Холгер, – улыбнулась Анетте и побежала к выходу, когда ее телефон вновь зазвонил.
Карри вошел в дверь клининговой службы Сагене и вздрогнул, когда маленький колокольчик доложил о его приходе.
– Да? – сказала пожилая вьетнамская женщина, взглянув на него из-за стойки ресепшена, не откладывая вязание.
– Полиция, – сказал Карри, показав ей удостоверение. – Отдел по расследованию убийств. Директор?
– Уже, – сказала женщина, не собираясь вставать.
– Что?
– Уже были здесь, – кивнула женщина, когда из задней комнатки появился молодой человек.
– Она говорит, что вы уже были здесь, – улыбнулся хорошо одетый мужчина, положив руки на стойку. – Чем я могу вам помочь?
