Мальчики из Фоллз полностью

— У нас все хорошо. Не знаю, кто прислал еду, но это помогло. Он на седьмом небе. — Засмеявшись, Бьянка разворачивается. Я иду за ней, и мы вдвоем выглядываем из-за угла. Мой брат сидит на диване, болтая ногами, в обнимку с пакетом крендельков, а из телевизора поет Флинн Райдер[9]. — Весь день смотрит «Дисней» и пробует все подряд. Надо бы его ограничить…

— Нет, — быстро говорю я; такой вид мне нравится больше всего. Он с полным животом, беззаботно веселится. — Пусть ест, сколько хочет.

Бьянка кивает. Мы возвращаемся на кухню.

— Они ищут тебя, — сообщает сестра. — Тебе не следовало сюда приходить.

— Я просто хотела убедиться, что вы в безопасности. Где мама?

— Работает. — Бьянка открывает заднюю дверь, выбрасывает мусор в контейнер, стоящий у порога. — Говнюка арестовали по какому-то действующему ордеру, забрали прямо из больницы. Она пытается наскрести денег, чтобы внести за него залог.

— Естественно, пытается. — Изо всех сил сдерживаю улыбку. Похоже, они не знают, что ордер поддельный. Уловка Хоука сработала, и никто его не вычислил. Пока.

Я набираю номер Бьянки на своем телефоне и сразу же сбрасываю вызов.

— Это мой новый номер. Не давай его никому.

— Ты в порядке? — спрашивает она.

Без малого не смеюсь, не зная, как на это ответить. Сестра бывает немного бестолковой, но она добрая.

— Буду не в порядке, если ты забеременеешь, — огрызаюсь, шутливо глянув на нее. На самом деле не совсем шутливо. — Ты принимаешь таблетки?

Сестра смущенно отводит взгляд.

— Бьянка?

— Да! — шепотом восклицает она. — Проклятье!

Запрещать ей заниматься сексом с бойфрендом бесполезно. Он — все, что у нее есть.

— Позаботься о Мэтти, — прошу ее.

— Обязательно.

Развернувшись кругом, открываю заднюю дверь, делаю шаг наружу. Вдруг заметив кого-то, резко отступаю назад. Хьюго удивленно вскидывает брови, после чего на его губах появляется улыбка, говорящая, что его задача только что значительно облегчилась.

Черт!

Я толкаю Хьюго в грудь. Он падает, а я срываюсь с места, уводя его прочь от дома.

Натянув капюшон, сую телефон в карман и бегу так быстро, как только могу.

Перелезаю через сетчатый забор, спрыгиваю в соседний двор. Вместо того чтобы повернуть направо к улице, мчусь налево, к грунтовой дороге за жилым сектором.

— Я не причиню тебе вреда! — кричит Хьюго. — Почему ты убегаешь от меня?

Чушь собачья.

Остановившись в переулке, осматриваюсь вокруг. Аксель стоит перед своим красным «Мустангом». Я бросаюсь в противоположную сторону.

Мне не следовало приходить. Я могла бы позвонить. Какой от меня толк, если я не способна им помочь?

Свернув вправо, преодолеваю узкую дорожку между домами, перепрыгиваю через забор и направляюсь к лесному массиву, граничащему с Уэстоном.

Сзади доносится топот. Я оглядываюсь. Хьюго уже близко. Не сдержавшись, испускаю жалобный стон.

Он наваливается мне на спину, увлекая меня вниз, в высокую траву. Дернув локтем, бью его. Хьюго падает, а я подскакиваю на ноги. Но ему удается обвить мое тело руками и подняться.

— Ш-ш-ш… — Он будто с ребенком разговаривает. — Никто тебя не обидит.

Слезы наворачиваются на глаза, ноги едва не подкашиваются. Хьюго стискивает меня. Рана на руке отзывается болью.

— Убив тебя, он денег не заработает. Слава богу, да?

— Хьюго, нет, — рычу я, дергаясь в его захвате.

— Ш-ш-ш-ш.

Парень касается губами моего уха, и я вздрагиваю; мой взгляд медленно поднимается вверх. Мысленно определяю возможное положение на небе левой верхней точки созвездия Ориона. Она становится видимой каждую зиму.

Бетельгейзе. Одна из самых ярких его звезд. Я представляю, как она смотрит сюда. Ты меня видишь?

— Отпусти ее, чувак, — выкрикивает Николас.

У него всегда была кишка тонка для подобного.

Хьюго просто цокает.

— Мы все исполняем свой долг. — А потом добавляет мне на ухо: — Это единственный способ. Сама знаешь.

Затем он обхватывает пальцами мои щеки, поворачивает лицом к себе и накрывает мой рот своим. Я вскрикиваю.

— Хьюго! — рявкает Николас.

Увидь меня.

Я кусаю его, ощущая привкус крови. Хьюго кричит. Я тоже.

Упав мертвым грузом, чувствую, что его хватка ослабла, и бегу. Что есть мочи. За линию деревьев, в темный лес. Бегу, пока не поскальзываюсь в луже грязи. Парни почти настигают меня; я не успеваю выбраться, поэтому, пригнувшись, почти полностью погружаюсь в месиво. Замираю, стараясь не шевелиться, будто в камень превращаюсь.

— Бьянка растет милой и красивой, — орет Хьюго.

Меня пробирает дрожь.

— Я верну свои деньги с помощью твоей задницы или ее.

В животе все переворачивается; я зажмуриваюсь.

— Не хочу этого делать. — Он осматривается среди деревьев, глядя вдаль, мимо меня. — Однако он сделает, если придется.

Хьюго — кусок дерьма, только его я не боюсь. Не так, как Ривза. Он может уговаривать меня, но никогда не принудит. И ему известно, что сейчас кроме Бьянки у Мэтти больше никого нет.

Хьюго не хочет причинять ей вред.

— Время на исходе, — заявляет он. — Одумайся.

Через мгновение звуки шагов удаляются, парни уходят.