Фея-опоссум в пелеринке придвинула пред, назначенный для Авроры стул. Его спинка была вырезана в форме раскрытых крыльев. Покрытые позолотой, они блестели почти так же ярко, как локоны Авроры.
Начали рассаживаться за столом и остальные феи – одни забирались на приставленные к столу пеньки, другие устраивались на сложенных горкой подушках, а самые высокие феи расселись на низких скамейках из выдолбленных древесных стволов.
Сидя на дальнем конце стола, Филипп рассматривал все, что заготовила для него Малефисента. Пугающе выглядел даже положенный рядом с тарелкой столовый прибор. Один его конец напоминал маленькие вилы, а другой был самым настоящим кинжалом, довольно длинным и тяжелым. Взяв его для пробы в руку, Филипп понял, что это самое настоящее оружие, которое может быть смертельно опасным.
Маленькая фея-ежик налила в стоящий перед принцем черный стеклянный кубок темной бузинной воды, которая распространяла такой соблазнительный аромат, что Филипп не сдержался и тут же отпил глоточек.
На вкус напиток напоминал подслащенную ключевую воду, и принц смело, с жадностью осушил кубок до дна.
«Что ж, пока все идет не так уж плохо», – подумал он, но в тот же момент заметил, что одно из блюд медленно ползет к нему. Да-да, само ползет по столу на чем-то вроде крабовых ножек! Филипп испуганно откинулся назад на спинку своего стула.
– Что-то не так? – спросила Малефисента со своего конца стола.
– Нет-нет, все в порядке, – ответил Филипп, глядя на подползающее к нему новое блюдо. То, что на нем лежало, напоминало женскую фигуру, сделанную из корешков и зелени.
И начался парад. Теперь блюда подкатывали к принцу одно за другим – блюдо с громадными гроздьями винограда, блюдо с грибами: лисичками, серо-желтыми трутовиками, странными, свернутыми колечком шампиньонами, похожими на ухо китайскими грибами пиньинь, опятами. Все они были приготовлены в соусе из стеблей чеснока. Затем последовали обжаренные в масле болотные водоросли, их сменило блюдо с ассорти из змеиных, перепелиных, ласточкиных и еще чьих-то яиц – белых и коричневых, голубых и крапчатых. Некоторые блюда несли на своих спинках жуки, другие стояли на спинах черепах. Но неприятнее всего смотрелись блюда, которые передвигались на своих собственных ножках.
Затем поползли горки ежевики и терновника, вместе с которыми вышагивал кувшин со сливками. На пятки им наступало блюдо с хрустящими жареными пауками и продолговатыми белыми змеиными яйцами.
Миниатюрная фея подкатила к столу большую супницу на колесиках. В ней оказался ярко-зеленый густой суп из черемши и крапивы. Фея грозно взмахнула половником и бесцеремонно плеснула суп в стоящую перед принцем Филиппом миску.
– Мы надеемся, вы ничего не имеете против простой пищи, – недобро улыбнулась Малефисента.
Лицо сидящей рядом с ней Авроры напряглось. Она смотрела на Филиппа так, словно ожидала, что он в любой момент может выбежать из-за стола. Что ж скрывать, такая мысль у принца действительно мелькала. То, что он вначале принял за висящие на дереве у него над головой бледно-желтые огоньки, на деле оказалось феями – маленькие, светящиеся живые, они смотрели на него, свесившись вниз.
Филипп вспомнил сказку, которую в детстве часто рассказывала ему няня. Сказку о девочке, которую злая мачеха послала зимой в лес на верную смерть. Бредя по снегу, девочка увидела сидящую возле костра ведьму и была с ней так вежлива, что ведьма дала девочке теплую меховую шубу, и та благополучно пережила эту ночь. Когда же девочка наутро вернулась домой, то обнаружила, что карманы шубы набиты драгоценностями. Завистливая и жадная мачеха на следующий день послала в лес свою родную дочь. Но та была с ведьмой очень груба, и колдунья исчезла вместе с костром, оставив девочку одну. К утру она замерзла до смерти.
Филипп знал, что многие вещи феям не нравятся, что они ненавидят железо, но больше всего не терпят грубости.
– Все ваши угощения выглядят просто превосходно, – сказал он, хотя это и прозвучало достаточно неубедительно даже для его собственных ушей.
– Так попробуйте хоть что-нибудь, – предложила Малефисента, поднося ко рту гроздь черного винограда. В лунном свете блеснули ее клыки. – Я не знала, что вы предпочитаете поэтому мы приготовили всего понемножку.
– О да, я вижу, – кивнул Филипп обводя взглядом скопившиеся возле него блюда с загадочными угощениями.
Аврора положила на свою тарелку голубое яйцо, немного ягод и посыпанный травками кекс с медом. Вот кексы до Филиппа еще не добредали. Аврора улыбнулась ему и поднесла к своим губам кубок из черного стекла. Она надеялась, что феи и люди смогут поладить между собой. Филипп знал это и очень хотел помочь ей. Собственно говоря, за свою жизнь принц не опасался – ведь не станет же Малефисента подсыпать ему яд, чтобы отравить прямо за столом, при всех.
Он взял ложку, зачерпнул из своей тарелки суп и поднес ко рту.
И суп неожиданно оказался очень вкусным.
Филипп отправил в рот вторую ложку, еще одну, еще... а потом подцепил похожим на вилы прибором несколько грибов.
