— Сал? — удивился Невилл, почёсывая затылок кинжалом, отжатым у дядюшки.
— Рик! Твою Магию! Повеселимся! — Надоевший рыжий вылетел в открытую дверь и пропал в глубине вагона.
— Годрик и Салли, — раздался голос с так же знакомыми, слегка издевательскими интонациями. — Замок не восстановим…
Девочка с пушистыми коричневыми волосами и умными глазами смотрела на обоих сразу же смутившихся мальчиков, после чего перевела взгляд на Ханну, будто рентгеном просветив её.
— Магия! Кандида! — Гарри упал на колени перед девочкой, принявшей это как должное.
— Я тоже по тебе соскучилась, — кивнула она и обратилась к Ханне. — Два придурка у нас есть, я Кандида, значит, ты — Пенелопа?
— О прекраснейшая! — Невилл упал на колено перед Ханной, почти рефлекторным жестом наложив на купе чары расширения.
Ханна покраснела и ласково пнула Невилла красивой ножкой в солнечное сплетение.
— Не смущай меня… — прошептала девочка.
Пока Гарри целовал туфельки Гермионы, а Невилл пытался разогнуться, девочки успели познакомиться и обсудить девичьи проблемы. Одной из проблем, правда, ненадолго, стал белобрысенький мальчуган, почему-то решивший, что он бессмертный.
— С дороги, грязнокровка, — сказал самоубийца… Гермионе.
— Эх… — произнесла девочка и попросила Ханну: — Мелом его посыпь*, что ли…
***
Усевшись в лодочку вчетвером, дети принялись оглядываться. Гарри вежливо поздоровался с Кальмаром, указав ему на лодочку с белобрысеньким, которого Кальмар сразу начал макать в воду и радостно обнимать. Поднявшийся на поверхность русалочий царь посмотрел в наглые слизеринские глаза и счёл правильным утонуть. О Салазаре Слизерине ходили легенды не только среди народа людей.
— Смотри, Рик, а ты говорил — временное решение! — прошипела Ханна. — Тысячу лет они на этих лодках катаются, как вы двое.
— Ну, Пени… Кто ж мог знать-то? — Невилл был откровенно смущён.
— Вы на замок посмотрите, — прошептала медленно звереющая Гермиона, отчего местное кладбище зашевелилось, а тыквы на грядке Хагрида предприняли попытку самоэвакуации в Запретный лес.
Салазар перевёл взгляд на замок, его глаза потемнели, а изо рта вырвалось шипение. Кандиду Салазар всегда понимал с полуслова, и, увидев, что сделалось с замком, Гарри хотелось сейчас кого-нибудь посадить на шпиль Астрономической башни.
— Все распределяемся на один факультет, — сказала Ханна, оценив состояние друзей.
В Большой зал четвёрка будущих первокурсников входила уже в состоянии холодного бешенства. Замок был почти беззащитен, обветшал, будто в нём совершенно никто не учился. Призраки шарахнулись от детей, каким-то образом почувствовав, что юных первокурсников лучше не злить. Песня шляпы заставила Невилла поморщиться, а Ханну — недобро усмехнуться.
— Временное решение, говоришь? — оскалилась Гермиона, что даже на лице юной девочки выглядело устрашающе.
— Ну кто ж знал… — Гарри развёл руками.
Когда шляпа упала на глаза Ханны, мгновенно воцарилась тишина. Шляпа мелко дрожала на голове девочки, а в это время шёл неспешный разговор с находящейся в почти крайней степени бешенства воительницей.
— Не виноватая я, это всё они, гады… Ритуалы отменили, детей мучают, сказки про вас придумали… Не надо меня развеивать!
— Так, распределишь нас всех… Да хоть бы и к Годрику, хоть повеселимся.
— Госпожа, это давно уже не факультет боевых магов…
— Вот и исправим…
Крики «Поттер с нами!», язвительная улыбка Гарри, оскалившаяся Гермиона, злой Невилл и уже немного успокоившаяся Ханна завершили процедуру распределения. Казалось, ничто не может сделать ещё хуже, если бы не речь директора, от которой у Гермионы помутилось в глазах. Смертельная опасность в их творении, которое было Убежищем? Дети с памятью Основателей не сдержались, и в следующие полчаса крайне удивлённые ученики и преподаватели могли наблюдать за Альбусом Дамблдором, летающим по залу. Причём у большинства было ощущение, что его таскают за бороду.
Наконец Гермиона успокоилась, директор отправился в Больничное крыло, разрушенные колонны в зале восстановили, но это было ещё не всё. Гарри принюхался к еде и напиткам и стукнул по столу кулаком.
— Эльф Хогвартса!
Перед мальчиком возник эльф, сразу же схваченный за ухо и получивший кубком с соком в глаз.
— Что делают зелья в моём напитке, ты, выплеск стихийной магии? — почти спокойно поинтересовался мальчик.
— Директор приказал… — прошептал эльф, боясь разозлить могущественного чародея.
— Школа перестала быть убежищем? — тихо прорычала Гермиона.
Все присутствующие в зале замерли. То ли от осознания выволочки, которую делали первокурсники, то ли от чрезвычайно мощного заклинания обездвиживания, которое наколдовала впавшая в ярость Гермиона.
— Директор… — проговорил эльф и заплакал.
— Ах, директор…
***
По какой-то улыбающейся сейчас в кресле причине никто в зале не запомнил, что произошло, но юные гриффиндорцы отстали от основной толпы, отправившись в Выручай-комнату, где и расселись по креслам. Новости были отвратительными, убить прямо сейчас — совершенно некого, хотя…
— Кандида, душа моя, не улыбайся так, — произнёс Гарри, с обожанием глядя на девочку. — Я пугаюсь.
