— Скажи, дедушка, а вот ванна и унитаз тут — это папа сам сотворил?
— Дак сам, и вода образуется сама, и нагревается магией, и уходит, а после развеивается, вот вниз-то и не капает.
— Хорошо. Я рада, что моя магия похожа на папину. И комната мне нравится. Спасибо, что поговорил со мной. Пойду к тёте, поговорю теперь с ней.
Домовой исчез, я вышла из комнаты и спустилась вниз. В малой столовой никого не было, я прошла дальше, на кухню, поздороваться и познакомиться с теми, кто здесь работает. Вкусные запахи показывали, что тут кто-то точно есть, сам по себе обед не приготовится. Или приготовится? Дед Кузьма ведь готовил…
— Светлого дня, уважаемые! Есть тут кто?
— Светлого дня, девочка, ты чья?
— Я своя собственная, я графиня Алёна Клён. Хозяйка здешняя, пришла познакомится со всеми. Да не пугайтесь вы так, дядя Милан и тётя Лилея теперь мои опекуны, так что на 4 года всё остаётся по-старому. Я пришла сказать, что сегодня буду обедать дома.
— Богинюшка! Госпожа, хорошо, что сказали, а то хозяйка Лилея, ой а как её теперь называть, коли Вы хозяйка?
— Так и зовите хозяйкой, я младше, поэтому пока мои опекуны — хозяин и хозяйка, так и остаются. И всем так и передайте, чтобы не обижали тётушку Лилею. А меня называйте маленькая госпожа.
— Хорошо, маленькая госпожа. Так вот, хозяйка просит не переводить продукты и готовить только на тех, кто ест.
— Вот и хорошо, что разобрались. А когда обед? Просто я только что пришла и ещё никого в доме не видела.
— Через час. А как Вы прошли мимо дворецкого Яна, если его не видели?
— У меня много странностей, я из рода Клён, сильнейших магов. Поэтому прошу не удивляться многим вещам, что я буду делать. Хорошо? А теперь познакомимся? Своё имя я назвала, назовитесь и Вы.
— Я Марья, повариха здешняя, а это поварёнок Фомка. Помогает мне тут. Есть ещё Ярина, кухарка-помощница. Вот втроём мы тут.
— Хорошо. Было приятно познакомиться.
Я пошла обратно в дом, в холле встретила Яна, поздоровалась и спросила, где тётя Лилея. Дворецкий ответил, что она перед обедом гуляет с сыном в саду, он может меня к ним проводить. Я согласилась, и мы вышли из дверей за лестницей на другую сторону дома. Здесь было замечательно! Травка, прямые каменные дорожки, чуть подальше — сад с яблонями, вишнями и черешнями, а дальше — ещё какие-то фруктовые деревья. Недалеко на травке стоял столик и стулья вокруг, видимо, иногда здесь пили чай. Вдоль садовой дорожки между деревьями стояли скамейки. Мы шли по этой дорожке и вот впереди показались спины двух женщин и бегающий малыш. Я поблагодарила дворецкого, сказала, что теперь сама дойду, и отпустила его. Мне почему-то захотелось послушать, о чём говорят женщины.
Исчезнув, я подошла поближе и остановилась недалеко, чтобы слышно было тихий разговор тёти и кормилицы. Сперва разговаривали ни о чём, так, о малыше, о самочувствии, перешли на разговор об обеде, тётя посетовала, что продукты подорожали, в хозяйстве много слуг, и всех надо кормить, тут влезла кормилица:
— Да ещё эту девчонку кормить, да горничную ей подавай!
— Глаша, снова ты начинаешь! Кроме одного раза она и не ела больше дома, и горничную не просила ещё. Всё как раньше, её и незаметно, что появилась. А ты на неё с первого же дня сердишься. Вот что этот ребёнок тебе сделал?
— Не мне, она дом у маленького господина отобрала! За это я её убить готова!
— Глаша! Чтобы я таких разговоров больше не слышала от тебя! Это дом её отца! Это ты хочешь отобрать дом у сироты! И тебе не стыдно? Если ты не прекратишь такие высказывания при мне и среди слуг, мне придётся тебя уволить. Мы живём в доме сироты, она по доброте душевной попросила именно нас стать её опекунами, чтобы мы продолжали жить в её доме, хотя могла выбрать любой другой благородный род. И сегодня мы могли ночевать в гостинице или вообще на улице. Ты это понимаешь? Надеюсь, ты выкинешь из головы дурные мысли. И, предупреждая твои последующие действия — у девочки может быть написано завещание, и, если ты, действительно, решишься убить Алёну, нас тут же выкинут на улицу. И я тебе этого не прощу никогда. На рудниках сгниёшь! Поняла?
— Поняла, ваша светлость. Я больше не буду об этом говорить. Никогда. Простите меня.
Я отошла подальше от парочки. Что же. Я услышала достаточно, чтобы зауважать тётю и захотеть отомстить этой дуре Глаше. Посмотрев, нет ли кого поблизости, проявилась и пошла в сторону женщин.
— Светлого дня, тётушка Лилея, Светлого дня, Глаша. Тут очень красиво.
— Светлого дня, Алёна. Ты сегодня с нами обедаешь?
— Да, я предупредила Марью. А дядюшка будет с нами обедать?
— Да он всегда подъезжает к полудню.
— Хорошо, он мне нужен.
— Девочка моя, я могу с тобой поговорить?
— Конечно. Я тут видела скамейки вдоль дорожки, мы можем там посидеть или возле столика.
— Глаша, мы пошли к дому, присмотри за Натаном.
— Да, ваша светлость.
— Пойдём за столик, Алёна.
Мы тихонько, прогулочным шагом дошли до столика, видимо, тётушка собиралась с мыслями, присели, и она решилась:
