— Всегда хорошо иметь более одного варианта, Джеймисон.

—И сколько вариантов ты планируешь дать нашей дочери, Дженнифер?

Когда они произносят свои имена в таком тоне, все обычно взрывается. Сглотнув, я опускаю взгляд на колени, смущение проникает в меня, пока они спорят.

Тут меня пинают по голени, и я поднимаю взгляд, чтобы увидеть, что Малакай смотрит на меня. Его брови сведены вместе, и пока наши родители спорят, он показывает.

— Я убью любого, кто к тебе прикоснется.

Я ему верю.

Но это его вина.

Крики продолжаются, но ему все равно. Он даже не вздрагивает, когда папа в раздражении стучит по столу. Тогда мама начинает кричать на него, и когда все перерастает в соревнование, кто громче всех повысит голос, Малакай жестом показывает на дверь, и мы оба выскальзываем.

— Спасибо, - огрызаюсь я, отстраняясь от его руки, опускающейся мне на спину и ведущей меня вверх по парадной лестнице. — Из-за тебя мама заставит меня еще встречаться с ним. Надеюсь, ты гордишься собой, старший брат.

И я отворачиваюсь от него, устремляясь налево в свою комнату.

— Ты уже легла, милая?

Я ставлю телевизор на паузу и сажусь.

— Да. Заходи.

Мама открывает дверь и тихо закрывает ее за собой, у нее опухшие глаза. Они с папой действительно воевали друг с другом ранее, и видно, что она только сейчас перестала плакать.

— Ты в порядке? - спрашиваю я. — Вы спорили несколько часов.

— Твой отец был недоволен моим предложением пойти на свидание с тем мальчиком, но это было условие родителей Адама, чтобы Малакаю не предъявили обвинения.

Я поджала губы.

— Значит, чтобы его не обвинили, я должна пойти на свидание. Это шантаж, и, честно говоря, мне противно, что ты вообще на это согласилась.

— Если ты не пойдешь, у Малакая будут большие неприятности.

Когда я уставилась на нее, она добавляет.

— Ты знаешь, почему твой брат сделал это сегодня?

Покачав головой, я отвечаю.

— Нет. Я только разговаривала с Адамом. Он не хочет говорить мне, почему он это сделал.

Она вздыхает и садится на край моей кровати, проводя руками по своим волосам - золотисто-блондинистым, густым, без единого намека на седину, несмотря на то, что папины волосы белее белого.

— Он не хочет с нами разговаривать. Он уже давно не разговаривает - даже когда я плакала, прося его пообщаться со мной, он смотрел сквозь меня. Но с тобой он будет разговаривать.

Мое плечо приподнимается.

— Да. Мы очень близки.

— Прости меня за вопрос, но ты можешь сказать мне правду, дорогая. Он когда-нибудь... причинял тебе боль?

Мои глаза расширяются, и я сажусь прямо.

— Что? Нет! С чего бы это?

— Малакай не такой, как мы, Оливия. Я не уверена, почему мы думали, что сможем справиться с кем-то вроде него. Такой тревожный и такой... Я не знаю. Его контроль и собственнические наклонности по отношению к тебе опасны. Даже когда твой отец целует тебя в лоб, Малакай смотрит на него так, будто хочет перерезать ему горло. Он не хочет говорить с психотерапевтом и не хочет принимать лекарства, а я боюсь, что ему действительно нужно и то, и другое.

— Зачем они ему нужны?

Она закусывает губу и поджимает их.

— У Малакая есть... проблемы. Помимо всех травм, полученных им до приезда сюда, которые вызвали его мутизм (немой), он не является психически нормальным. Ты когда-нибудь слышала об ASPD (с англ. Antisocial personality disorder - Антисоциальное расстройство личности — это особенно сложный тип расстройства личности, характеризующийся импульсивным, безответственным и часто преступным поведением . Человек с антисоциальным расстройством личности обычно склонен к манипуляциям, лжив и безрассуден и не заботится о чувствах других людей)?

— Конечно, но Малакай не психопат или что-то в этом роде. Он просто тихий и вспыльчивый.

Мама покачала головой.

— Ему поставили диагноз в пятнадцать лет, милая. И... мы с твоим отцом думаем, что, может быть, нам стоит попросить его уйти, когда ему уже девятнадцать и он в состоянии сам себя содержать.

Я сжимаю зубы, откидывая одеяло.

— Нет, - выдавливаю я из себя. — Если он уйдет, уйду и я.

— Не будь глупой, Оливия. Зачем тебе это делать? Малакай нуждается в пространстве и отсутствии ограничений, и если он живет под нашей крышей, то должен подчиняться нашим правилам. Твой отец даже не может находиться с ним в одной комнате, не чувствуя себя неловко. Ты не можешь уйти - ты... связана с нашей семьей. Ты - Визе.

— Я обещаю тебе, мама, что если Малакай уйдет, я уйду вместе с ним.

— Ладно.

Ее плечи сгорбились, и она долгую минуту смотрела в пол.

Перейти на страницу:

Похожие книги