Да я ещё подлил масла в огонь. Я сказал: «А я думал, что ты плохо играешь в биллиард. А ты, оказывается, вообще не умеешь». Мне бы на этом и остановиться. И тогда я прослыл бы на заводе великим игроком в биллиард. Но Вовка недели две подряд ходил за мной и упрашивал: «Ну давай ещё раз сыграем. Ну давай ещё раз сыграем». И я не устоял, согласился, и, конечно, проиграл. Секрет моего успеха был в том, что в детстве у нас с братьями был уменьшенный детский биллиард в 1⁄4 от настоящего. И мы в него резались постоянно. Навык у меня был. В армии в спортзале у нас тоже был настоящий большой русский биллиард. И я на нём иногда неплохо играл, хотя не так часто. Как говорят алкоголики и спортсмены: «Мастерство не пропьёшь». Даже много лет спустя навыки игры в биллиард я полностью не успел утратить.
После этой блестящей победы я не раз играл с Вовкой, но ни разу не выиграл. Новичкам везёт.
Эту поговорку я иногда вспоминал. Когда мне было 12 лет, мой родной брат Вовка и двоюродный брат Шурка пристрастились к игре в карты на деньги. Им было по 14 лет. Ставка на кон в игре в «девятку» была всего 10 копеек. Для нас пацанов в 1963 году это были большие деньги. Можно было купить молочное мороженное. Уличные ребята собирались в сарайчике частного дома у Славки Конопкина по прозвищу «Коперник» и азартно резались в «девятку». Меня играть не пускали – маленький ещё. Я сидел и смотрел. Однажды братья проиграли всё до копейки. А у меня были 10 копеек. Я попросился сыграть, меня пустили, и вдруг я выиграл несколько конов подряд, рубля на полтора прибыли. Игроки приговаривали: «Новичкам везёт».
Мои братья оживились, выгнали меня из-за стола и очень быстро спустили честно выигранные мной деньги. Они не были новичками.
А новичкам везёт. Иногда.
Август 2020 г.
65. Защищайте права детей
В конце 2007 года одна моя знакомая женщина пожаловалась мне, что от неё администрация Бутурлиновского детского дома-интерната для умственно отсталых детей требует заключения договора о перечислении 75% инвалидской пенсии её 17-летней дочери дому-интернату за содержание и обслуживание. Дочери исполнилось 17 лет, когда она с диагнозом ДЦП (детский церебральный паралич) поступила в Бутурлиновский дом-интернат.
Люди, страдающие ДЦП, имеют разные формы заболевания и разные степени поражения психики этим заболеванием: от полной умственной недееспособности до вполне нормальной умственной деятельности.
Лично мне знаком мужчина 40 лет, перенёсший ДЦП, который работает архитектором, разрабатывает проекты для элитных коттеджей состоятельным заказчикам. Он заработал себе на 2-х комнатную квартиру, на дорогой автомобиль. У него всего лишь немного гнётся правая рука и не совсем выпрямляется левая нога. Все остальные органы в норме.
Родители являются законными представителями своих несовершеннолетних детей до достижения ими 18 лет. И до достижения детьми 14 лет их законные представители вправе распоряжаться денежными средствами, принадлежащими детям: пенсиями, пособиями, заработанными детьми деньгами.
С 14 лет дети приобретают в соответствии со ст. 26 ч. 2, 1 Гражданского Кодекса РФ право самостоятельно распоряжаться своими деньгами.
Исключение составляют только дети 14 и более лет полностью лишённые дееспособности по решению суда, вступившему в законную силу, интересы которых по распоряжению их деньгами представляют их опекуны.
Из разговора со знакомой женщиной следовало, что 75% пенсий детей-инвалидов по договорам, заключённым их родителями, когда детям ещё не было 14 лет, продолжали перечисляться на счета дома-интерната и после достижения детьми 14 лет.
То есть игнорировалось право детей на самостоятельное распоряжение их деньгами по достижении ими возраста 14 лет (нарушение ст. 26 ч. 2, 1) ГК РФ).
Кроме того, от имени детей-инвалидов, достигших 14 лет, но не признанных судом недееспособными, заключались домом-интернатом с родителями детей-инвалидов договоры на перечисление дому-интернату 75% детских пенсий, хотя дети с 14 лет уже сами имели право распоряжаться своими доходами (нарушение ст. 26 ч. 2, 1) ГК РФ).
Я обратился в Генеральную прокуратуру РФ с соответствующим заявлением о проверке законности снятия пенсионных денег со счетов детей-инвалидов домом-интернатом.
Моё заявление дошло в обратном порядке до прокурора Бутурлиновского района. Ответ: оснований для прокурорского реагирования не имеется.
28 января 2008 года я обжаловал ответ прокурора района прокурору области (копию жалобы прилагаю).
В жалобе я просил включить меня в состав комиссии по проверке доводов моей жалобы.
В феврале 2008 года мне позвонил заместитель прокурора области и поинтересовался, с какой целью я хочу участвовать в составе комиссии по проверке Бутурлиновского дома-интерната.
Я честно ответил: «Я знаю, что надо проверить договоры родителей детей-инвалидов с детским домом-интернатом и рассчитываю, что в моём присутствии вы не сможете взять у руководства дома-интерната взятку и прикрыть обнаруженные вами нарушения прав детей-инвалидов».