— Что значит заменили? А ты там на что стоял? — прорычал Живетьев, мгновенно наливаясь злобой. — … Ах, заметили? А почему заметили? У парня вообще-то никаких артефактов при себе не должно было быть. … Хм. Как это сам? … Да понял я, понял. Не нужно мне по десять раз повторять. Что ж, вариант оказался нерабочим. … То есть как это по нему ни разу не попали? Там же был один из лучших курсантов, я точно помню. Или его заменили? … Не заменили? Значит, не такой уж он и лучший. Мне всегда казалось, что уровень нашего училища низковат, но не до такой же степени, что парень, которому боевку вообще не давали, разделает выпускника? Это что-то ненормальное. Точно не попал ни разу? … Ладно, не твоя вина, согласен. Княгиня расстроится, но пока не трогаем больше.
То, что «не трогаем», было хорошо, а вот то, что только «пока», наводило на размышления. Со стороны Живетьевой мне ничего не грозило, но зато ее внук активировался и явно собрался решить вопрос со мной до ее выхода на свободу. Поэтому и с княгиней тянет: хочет на нее взвалить вину за мою смерть и уж после этого прикончить. Как бы Живетьева пристроить где-нибудь рядом с бабушкой или хотя бы сделать его жизнь настолько увлекательной, чтобы ему было не до меня? В голову не приходила ни одна подходящая идея.
На входе меня встречала толпа встревоженных болельщиков: Елизавета Николаевна, дядя Володя и Олег. Последний всунул мне в руки мой набор артефактов и спросил:
— Что случилось? Почему начало поединка настолько задержали?
Я покосился на сопровождающего, он уже говорил с новой парой участников и вроде бы не обращал на нас внимания, а расстроенный проигрышем курсант вообще не стал задерживаться у входа, заторопился куда-то, старательно притворяясь, что ему ни до кого нет дела, но я ответил все же максимально нейтрально:
— Оба защитных артефакта оказались испорчены. Сначала обнаружился дефект в моем, потом — дефект в артефакте моего соперника.
— Да что это такое? — экспрессивно возмутилась Елизавета Николаевна. — Ни одни соревнования не могут нормально провести.
— Я бы вас попросил! — громко возмутился военный, который должен был сопровождать участников к куполу и который вроде бы нас не слушал. — Мы делаем все возможное.
— Чтобы угробить моего племянника? — едко спросил Олег. — Я это заметил.
— Думаю, Илью нужно снять с соревнований, — предложил дядя Володя и покосился на Елизавету Николаевну.
Та его поддержала:
— Сама вижу, что участие Ильи в соревнованиях — не самая хорошая идея. Княжеская семья за что-то ополчилась на него, но при этом Шелагиным предъявить нечего, потому что события кажутся случайными и не связанными с княжеской семьей. Разве что вмешательство княгини?‥
— Ох, Елизавета Николаевна, там все куда сложнее, — вздохнул Олег.
— Дело не в сложности, а в безопасности Ильи. Илья, снимаешься с участия?
— И не подумаю, — возмутился я. — Я не для того сюда пришел, чтобы сбегать, поджавши хвост, как трусливая шавка.
«Правильно. Хвост для начала нужно завести, чтобы было что поджимать», — поддержал меня Песец. Или поиздевался? С этой хитрой мордой трудно понять, когда говорит серьезно, а когда издевается. Плюс разность восприятий многих вещей — и получается, что понимаем мы друг друга не всегда. А когда понимаем, не факт, что правильно.
— Илья, на порче артефакта не остановятся, — продолжил дядя Володя. — Лучше уйти, чтобы не пострадать.
— Лучше показать, что нагнуть меня нельзя, — возразил я. — И напугать тоже. А убивать меня будут вне зависимости от того, снимусь или нет я с соревнований.
— Так ты даешь больше возможностей.
— Так я осложняю им организацию покушения. Второй раз портить артефакт не будут.
— А купол?
— Буду проверять перед выходом. Дядя Володя, я не смогу всю жизнь прятаться.
— Так. Я чего-то не знаю? — озабоченно спросила Елизавета Николаевна.
— Все под контролем, — сказал Олег, пытаясь ее успокоить. — Это не наш секрет.
— Какие вы, Вьюгины, все проблемные, — выдохнула замдканша.
— Попрошу без намеков, — обиделся Олег. — Тем более что мы с Ильей — Песцовы, и к нам теперь проблемы Вьюгиных отношения не имеют, хотя, конечно, источник там один.
Оставив их разбираться с тем, кому какие проблемы принадлежат, я вернулся туда, где меня ждал только один Федя.
— А Даша где?
— К своим ушла, — ответил друг. — Она вообще нынче какая-то взведенная. На себя не похожа. Ну и обиделась сильно, что ты от нас увеличение Силы скрыл. Я пытался намекнуть, что такой уровень ни тренировками, ни ритуалами не получишь, но она мне не поверила. Как Агеев вернулся, со мной попрощалась и с ним ушла.
— С Агеевым?
