Поженились они. Свадьбу сыграли широкО… А громко-то как! Кто был на ней, рассказывали, что такого веселья давно не видывали… Вот что значит любовь и чувства! Проза наша распрекрасная похорошела, стала ещё лучше прежнего, румянец нежный в произведениях проступает, о чувствах пишет… Не пишет, а рисует… Не оторвать глаз от неё читателю. Наслаждается он ею… Проходит ещё немного времени. Прозочка округлилась вся, светится… Ребёночка, значит, стали поджидать. И тут у них с Поэтом начались разговоры. Кто кого хочет в семью принять. Кто лучше? Девочка или всё же мальчик. Немного поспорили. Поэт говорит – мальчик. И имя придумал сразу, его любимое, Сатир.
– По моим стопам пойдёт! Будет, как я, поэтом! Писать будет с юмором, колко, остро, смешно. Это всем нравится.
А Проза всё о девочке мечтает. Платьица, куколки, себя вспомнила маленькой… Имя придумала, но пока не говорит, а только к событию готовится. Волнуется. Дни считает.
Но что сказочка? К завершению идёт. Развязка скорая наступает. Проза – женщина прозорливая, по её всё случилось, сильная она натура, что говорить. Родила она чудесную девочку, нежную и прекрасную, а имя ей дали двойное – Ироническая Проза. Это если по документам, официально, а так Ирония. Красиво, правда? А в семье девочку совсем коротко называют, это позволительно только самым близким, для других это секрет, нам туда нельзя.
Поэт невероятно переменился от случившегося. Стал отцом! Качества другие в характере раскрылись: мягкость, заботливость, доброта. Не представляет больше жизни без своей Прозушки. Без их семьи. От нахлынувшего счастья написал торжественную оду в честь рождения дочери. А Проза от проснувшихся материнских чувств сочинила сказку и подарила девочке.
Почти конец.
А когда Ирония подросла, может, наследственность, может, среда, а может, и талант. Кто его знает? Но стала и она писать. Так тонко, чувственно, воздушно. Конечно, с юмором, но совсем лёгким, читать её написания – истинное удовольствие. Уж поверьте автору на словО. Но это, мои прекрасные читатели, совсем другая сказочка.
Конец.
Рэп…
Рэпер…
Алекс?!
Да!
Волк он.
Нет!
Да!
Ноги кормят волка…
Эстет!
Утончённый,
Я читаю его,
Мы разные.
Нравится Эго его,
Так не могу
Я.
03.11.2020.
Великий Новгород,
Россия.
– Оленька, но как же так, почему?
Сначала я не понимал, что происходит, старый дурак. А всё на поверхности, конечно: молодая, семья есть, значит, всё может быть. Но как она ласкала меня, её руки всегда лежали так легко и нежно на моём большом, простите, немолодом, но основательном теле, я только-только привык к ней. Всё у неё ладилось, порхала просто, работала, занималась творчеством. Рисовала акварели. Её молодость и голос, такой звонкий, или всё же, теперь не важно, она, она… Ведь надо было это заметить раньше, а я заметил только тогда, когда её живот упёрся в мой. Беременна! Когда это случилось? Но что теперь. Еще немного, и она уйдёт. Как я без неё. Оленька…
С тех пор Оленьку я видел всего пару раз, заходила в отдел к начальнику, один раз до, один раз после родов. Кинула в мою сторону равнодушный, ни о чём не говорящий взгляд. Немного рассказала о себе, родила девочку, назвали Марусей. Щебетала о малышке милые материнские истории. И всё. Вот так бывает. Всё закончилось, едва начавшись. Неужели это та самая Оленька? А как я ждал её прихода, надеялся. На что? На что можно надеяться, если человек уходит в декрет. Три года – это срок, и я не ангел, я не смогу её ждать целых три года. От меня опять ничего не зависит. Я зависим, получается. От женщин, уже давно. На моём веку сколько их было… Разные. Даже всех и не вспомнить… Старый, говорите? Не совсем. Ещё рабочий. Все это знают. Да и с виду ничего: шатен, цвет натуральный, слегка с проседью. Можно и возгордиться. На работе уважают. Получается, что всем со мной в коллективе комфортно. Я не преувеличиваю, многие говорят о моём безобидном характере, добродушном, что ли, на том и стоим.
