Домик утяжелялся так стремительно, что Томми вскоре удовлетворился сделанными капиталовложениями и планировал потратить свой капитал на приобретение неслыханных сокровищ. Он вел счет отложенных сумм, и ему было обещано, что он сможет изъять вклад из банка, как только накопит пять долларов, при условии, что обещает потратить деньги разумно. Недоставало всего лишь одного доллара, и в день, когда миссис Джо заплатила ему за четыре дюжины яиц, он был так счастлив, что помчался прямо в амбар продемонстрировать новенькие четвертаки Нату, также откладывавшему деньги на покупку скрипки, о которой давно мечтал.
– Если бы я тоже мог добавить еще один доллар к моим трем долларам, у меня скоро хватило бы на скрипку, – сказал он, печально глядя на деньги.
– Может быть, я тебе немного одолжу. Я еще не решил, что делать с моими долларами, – сказал Томми, подкидывая и ловя свои четвертаки.
– Эй, ребята! Пошли к ручью, посмотрим, какую здоровенную змею поймал Дэн! – позвал голос из-за амбара.
– Пошли, – сказал Томми и, сунув свои деньги в старую веялку, убежал, Нат последовал за ним.
Змея оказалась очень интересной, а затем долгая погоня за хромой вороной и ее пленение так увлекли Томми, что он не вспомнил о своих деньгах, пока не очутился в постели в ту ночь.
– Ничего, никто, кроме Ната, не знает, где они, – сказал беспечный богач и уснул, не тревожась о своей собственности.
На следующее утро, когда мальчики собрались на занятия, запыхавшийся Томми влетел в класс и грозно вопросил:
– Эй, кто взял мой доллар?
– О чем ты говоришь? – спросил Франц.
Томми объяснил, и Нат подтвердил его заявление.
Все объявили, что ничего об этом не знают, и начали поглядывать с подозрением на Ната, который становился все более встревоженным и смущенным, слыша, как каждый решительно отрицает свою вину.
– Кто-то, должно быть, взял эти деньги, – сказал Франц, когда Томми потряс кулаком, окинув взглядом всю компанию, и гневно заявил:
– Тыща черепах! Если я поймаю вора, я задам ему такую трепку, что он ее не скоро забудет.
– Успокойся, Том, мы найдем его, воры всегда получают по заслугам, – сказал Дэн, как человек, знающий, о чем говорит.
– Может быть, какой-нибудь бродяга ночевал в амбаре и взял их, – предположил Нат.
– Нет, Сайлас никого не пускает, к тому же бродяга не стал бы искать деньги в старой веялке, – отозвался Эмиль с презрением в голосе.
– Может, это сам Сайлас? – сказал Джек.
– Ну хорош же ты! Старый Сай честен как стеклышко. Он никогда не тронул ни цента из наших денег, – сказал Томми, благородно защищая своего главного обожателя от подозрений.
– Кто бы это ни был, ему лучше признаться, а не ждать, когда его найдут, – сказал Деми, имевший такой вид, словно семью постигло ужасное несчастье.
– Я знаю, вы думаете, что это я взял деньги! – воскликнул Нат, красный и возбужденный.
– Только ты знал, где они лежат, – сказал Франц.
– Но я не брал их! Говорю вам, не брал! Не брал! – воскликнул Нат в отчаянии.
– Спокойно, спокойно, сын мой! Из-за чего весь этот шум? – и к ним вошел мистер Баэр.
Томми повторил рассказ о своей потере, и, пока мистер Баэр слушал, его лицо становилось все серьезнее, так как при всех их недостатках и безумствах мальчики до сих пор всегда были честны.
– Займите места, – сказал он и, когда все расселись, добавил, медленно переводя с лица на лицо горестный взгляд, который было труднее вынести, чем бурю слов: – Так вот, мальчики, я задам каждому из вас один вопрос и хочу получить честный ответ. Я не собираюсь запугивать вас, подкупать или вынуждать вас признаваться, застав врасплох. У каждого из вас есть совесть, и каждый знает, для чего она дана ему. Теперь самое время исправить зло, причиненное Томми, и оправдать себя прямо перед нами всеми. Мне гораздо легче понять и простить того, кто уступил внезапному искушению, чем того, кто пошел на сознательный обман. Не добавляйте ложь к краже, но признайтесь честно, и мы все постараемся помочь оступившемуся заставить нас забыть и простить.
Он сделал паузу, и в комнате стало так тихо, что было слышно, как муха пролетит, затем медленно и внушительно он задал каждому вопрос, получая один и тот же ответ, хоть и произносимый разным тоном. Все лица были красными и взволнованными, так что мистер Баэр не мог считать румянец свидетельством вины, а некоторые из младших мальчиков были так испуганы, что произносили короткое слово «нет» с заиканием, словно виноватые, хотя было очевидно, что они не могли быть причастны к случившемуся. Когда он подошел к Нату, его голос смягчился, так как бедняга выглядел таким несчастным, что мистер Баэр посочувствовал ему. Он считал, что именно Нат взял деньги, и надеялся спасти мальчика от новой лжи, убедив его сказать правду без страха.
– Ну, сын мой, дай мне честный ответ. Ты взял деньги?
– Нет, сэр! – Нат смотрел на него умоляюще.
Когда слова сорвались с его дрожащих губ, кто-то засвистел.
– Прекратите! – воскликнул мистер Баэр, стукнув по столу и сурово глядя в угол, откуда раздался звук.
Там сидели Нед, Джек и Эмиль, и первые два выглядели пристыженными, но Эмиль воскликнул:
