За последние три недели лошади перестали быть пугливыми, так что приземлились мы прямо на изумрудном лугу конезавода.
Марио был просто счастлив меня видеть, его уже замучили вопросом: «Когда вернется Энрик?»
Обитатели завода перестали выглядеть серыми от усталости, какими они показались мне при первой встрече. Теперь я догадывался, что нечеткие движения, волочащиеся ноги, бледность и мешки под глазами — симптомы того самого «белкового голодания».
Двуглавые Церберы! Да на благодатной Этне надо долго и специально стараться, чтобы заморить кого-то голодом. Кажется, что-то подобное было на Земле еще в двадцатом веке. И те скоты, которые это делали, благополучно умерли в своих постелях. Ну нет, у Каникатти это не получится. Они заплатят. Даже проф вместе с синьором Мигелем не смогут мне помешать (а скорее всего, и не захотят). Прибыли прибылями, война войной — но всему есть предел.
У Игры все же есть правила.
Я опять вспомнил историю: последствия — гибель цивилизации. Примеров сколько угодно. Сайт «История Земли и колоний…» составлял какой-то шутник, поэтому там часто встречается древняя пословица: «История учит нас тому, что мы у нее ничему не учимся». Кровавая шутка.
Проф думает, что нарушил второе правило, вот и мучается. Ха, да у меня детство началось, когда он меня подобрал. Как бы дать ему это понять?
А синьор Мигель тогда на празднике был в такой ярости, что показался мне почти человеком. Еще бы, долго и старательно растить волчат, а получить шакалов. Шакалы не имеют чести и, значит, не могут соблюдать правила. А это смерть.
Если покинуть Палермо с утра и лететь через космос, то на Ористано окажешься на закате. На фоне красного, переходящего в фиолетовый, неба на лугах видны чернеющие силуэты лошадей.
«Вулкан!» — позвал я мысленно и свистнул, чтобы ни у кого не возникло никаких вопросов.
Толпа раздалась, чтобы пропустить летящего ко мне гнедого.
— Его теперь все называют только Вулканом, — сказал Кальяри, подходя поближе, — как тебе это удалось?
— Но он же и есть настоящий вулкан, — хитро улыбнулся я. Тем временем я мысленно уговаривал этого разбойника не гарцевать и не пугать Ларису, которой я позволил покормить его яблоком.
— Хм, Энрик, у меня к тебе вопрос. Марио не смог на него ответить. Я тут разрешил всем пользоваться стиральной машиной и холодильниками, которые стоят в подвале. Своих-то пока ни у кого нет. Скажи, синьор Мигель не рассердится? Это же его техника.
Как мне понравилось это «пока»!
— Ну он же не базарная торговка — злиться из-за таких мелочей.
— Нам повезло, что он такой хороший военачальник. Лучше, чем Каникатти.
— Для него это не комплимент. Мелочный военачальник — это нонсенс. Кстати, он приедет сюда недели через три. А вы уже написали большой доклад «Развитие конного спорта и скачек на Этне»?
— Что? Да ты спятил!
— И не думал даже. Все это еще будет приносить доход. А вам, чтобы остаться «лучшим коннозаводчиком Этны», придется хорошо поработать. Так что не радуйтесь прежде времени.
— Ха! Тебе ведь тоже нравятся вызовы?
— Кому же они не нравятся?
Кальяри хохотал так, что даже Вулкана напугал. Что я такого смешного сказал?
— Ладно, — сказал он, отсмеявшись, — пойду писать этот твой доклад.
Когда Кальяри ушел, меня взяли в плен Стефан, Пьетро и Джованни. У них был целый ворох новостей.
Синьор Мигель, оказывается, времени зря не терял. Точнее, он нашел людей, которые делали это за него здесь, на Ористано. Еще один ценный урок: у хорошего военачальника все подчиненные делают именно ту работу, которую они могут сделать наилучшим образом. А вы как думали? Что это стряслось с Францией в последней трети восемнадцатого века, что именно тогда родились каждые девять из десяти ее знаменитых маршалов?[67]
Курсовая практическая работа для студентов из клана Кальтаниссетта факультета менеджмента столичного университета. Дано: климатический рай, сельскохозяйственные угодья, слишком большие военные базы и ничего для мирных жителей. Задача: быстро и дешево создать на острове социальную сферу.
Решили ли они эту задачу, я не понял, но кое-что уже делается. Ну вот и хорошо. Не все можно сделать за одно лето. В конце концов, разумное планирование, необходимое на войне, в мирной жизни может оказаться крайне вредным. Город вокруг порта вырастет сам, если ему не мешать. А всякие полезные вещи, вроде кинозала, школы и больницы, появятся на военных базах, даже если их запретить. У военных тоже есть личная жизнь, и скоро сюда приедут их семьи.
