Внезапно, к всеобщему удивлению, над палубой засветилось окно портала. Через секунду из него вышел Асмус, выглядел маг ужасно, одежда его была изорвана в клочья и частично сожжена, половина лица была залита кровью, вторая покраснела от ожогов и уже начала покрываться волдырями. Глаза его были уже нормальными, но они, казалось, ничего не видели. Правая рука сжимала огрызок цепи, а вот бронзового шарика на конце не было, да и крайнее звено было раскалено докрасна, видимо, в бою цепь просто перегорела. Сделав два шага по палубе, он прохрипел:
— Пить… — после чего потерял сознание, громко ударившись лбом о доски.
Корабль «Богиня удачи» благополучно снялся с якоря и, никуда более не заходя, направился в открытое море. Асмус лежал неподвижно всю ночь, изредка он открывал глаза и просил пить. Лео подавал ему ковш с холодной водой, сделав пару глотков, маг снова падал на подушку и закрывал глаза.
К утру, впрочем, состояние его улучшилось, он даже смог встать и, хромая на обе ноги, покинуть каюту. Немного подышав свежим морским воздухом, маг ещё более приободрился. Когда взгляд его упал на тушу зверя, мутные глаза вспыхнули огнём интереса.
— Лео, скажи мне, нож у тебя с собой?
Мальчик с готовностью вынул нож и протянул его магу.
— Нет, я слишком слаб, поэтому просто посижу рядом, а вскрывать его будешь ты, я покажу тебе, какие части следует брать.
Так они и сделали, скоро им на помощь пришли все, кто в этот момент не был занят работой. Зверю вспороли брюхо и начали вынимать поочерёдно все внутренности. Асмус полулежал рядом и давал указания. В отдельные сосуды последовали надпочечники, желчь, глаза, несколько межпозвоночных хрящей, разломав кости, добыли костный мозг. Из головы извлекли гипофиз. Осмотрев сердце, они поняли, отчего укол копья не возымел действия, сердце древней рептилии было покрыто роговой оболочкой из нескольких лепестков, проколоть их было невозможно.
В ближайшие дни им предстояла большая работа. Легко можно было предположить, что работать будет в основном Лео.
Так и вышло, вечером первого дня мальчик уже заваривал первый котелок с нужными ингредиентами. Туда он бросал травы, названий которых не знал, порошки, непонятно из чего состоявшие, добавлял спирт, кислоту, соду. О лютой вони магического варева слезились глаза. Асмус, который чинно возлежал на кровати, давал указания, тыкал пальцами в нужные компоненты зелий и объяснял, в какие пузырьки лучше наливать готовые зелья.
Выглядел маг уже гораздо лучше, ожоги на лице сошли после какой-то магической мази, ссадины зажили сами по себе. Как он сам объяснил, главная опасность заключалась больше не в заклинаниях врага, а в выпитых зельях, которые, мало того, что сами по себе ядовиты в больших количествах, так ещё и выжали его тело, словно губку, отчего он едва не умер от банального истощения.
Теперь он медленно восстанавливался, некоторые заклинания срабатывали легко. Так, например, огонь в плите он зажигал по-прежнему щелчком пальцев. Сделать что-то большее, вроде вызова ветра, он пока не мог. Да и нужды в этом не было, корабль лёг в дрейф, паруса были убраны, а команда маялась бездельем.
В один из дней капитан зашёл в каюту. Он ничего не спрашивал, просто присел рядом и посмотрел на мага.
— Да, Сарим, — тихо ответил Асмус на незаданный вопрос, — я очень полезный, но очень опасный член экипажа.
— Без тебя нас давно бы убили, — напомнил ему капитан.
— А из-за меня вас убьют в будущем, — парировал маг.
— Как думаешь, уже весь мир знает, что ты — это ты, и что ты на нашем корабле?
— Смотри, — маг приподнялся на подушке и стал объяснять, — сначала был граф Мэлдон, он остался без золотого конвоя, потерял сотню своих людей, но, допустим, меня он не вычислил. Магов, как ты сам говорил, на свете много. Потом мы были в Кадисе, но там всё прошло отлично, меня никто не узнал. Но потом был Кегель. Там всё было официально. Принц знает о некоем профессиональном алхимике, знает, что он на твоём корабле, а когда приехал Ласло, он не мог не поговорить с принцем, подобный визит — событие важное. А потом некто убивает одного из сильнейших магов мира. Так что, все всё уже знают. И даже если я покину корабль, тебя будут помнить всё равно, и при первой же возможности постараются взять в плен и пытать, добиваясь, чтобы ты меня выдал. И это я ещё не вспомнил про Хорн и барона Левина. Принц Энгель если и доберётся до него, то ещё очень нескоро, а вот сам он прекрасно помнит капитана корабля, который сделал из него дурака.
— Я тебя понял, никуда мы друг от друга не денемся, так и придётся идти вместе до конца. Надеюсь, нескорого.
— Ну, не всё так плохо, — постарался приукрасить ситуацию маг, — у нас есть два высокопоставленных покровителя, способных замолвить словечко. Принц Энгель и князь Патавии, ты помнишь, как его зовут? Вот и я не помню, но через Хамида он о нас точно знает.
— Что будем делать, друг?
— То, что и делали, торговать, грабить, убивать, только теперь с оглядкой.
— Я думаю, что стоит наведаться в графство Дронт.
— ???
