Она ничего не могла сделать для собственного ребенка, но поклялась устроить Ники незабываемый день рождения.
Сначала она хотела взять напрокат огромный надувной замок, но погода была неподходящей для игр на свежем воздухе, поэтому Клер передумала и наняла клоуна. С помощью миссис Поп она испекла для своей падчерицы огромный торт и нарисовала на нем глазурью цифру «7». Увидев ее творение, Ники просияла от радости. Грег предлагал купить торт в магазине, но Клер хотелось сделать его самостоятельно, и Ники, кажется, оценила ее идею.
Угощение состояло из всевозможных сладостей, желе и шипучих напитков. Когда веселье было в самом разгаре, одного мальчика вырвало, к полному восторгу Ники. День рождения действительно получился незабываемым. Глядя на счастливое лицо девочки, Клер подумала, что ее усилия все-таки не пропали зря, а укрепили растущую между ними привязанность.
Приближалось Рождество 1993 года; Клер постепенно успокоилась. Со дня их свадьбы и по сей день Эдвард Тейлор ничем себя не проявил, и Клер начала надеяться, что он решил оставить ее в покое. Как раз в это время у них с Грегом произошла первая серьезная ссора. Однажды вечером, когда они потягивали шерри перед ужином, Грег мимоходом заметил, что в следующий четверг их обоих пригласили на обед к одному из его важных деловых партнеров.
— Извините, Грег, — сказала Клер. — Боюсь, я не смогу пойти.
Он нахмурился.
— Почему? — спросил он.
— Потому что у Ники роль ангела в рождественском представлении в школе, и я пообещала, что приду его посмотреть.
Он расслабился и улыбнулся.
— И все? Тогда вы просто объясните ей, что у вас изменились планы.
Клер покачала головой.
— Я не стану так поступать. Я же дала ей обещание, а значит, должна его выполнить.
Грег понял, что она не шутит, и со стуком поставил свой бокал на стол.
— Иногда мне кажется, что вы беспокоитесь о ней гораздо больше, чем обо мне, — ревниво заявил он и с каменным лицом покинул комнату. Через несколько минут Клер услышала, как он заводит машину и уезжает.
Грег вернулся домой поздно ночью. К этому времени приготовленный ею ужин стал совсем несъедобным. В любом случае, Клер собиралась сдержать обещание, данное Ники. Когда-то, целую вечность назад, она тоже принимала участие в школьной пьесе и до сих пор помнила, как это больно, когда твоя мать не приходит на тебя посмотреть. Она не собиралась подводить Ники. А если Грегу что-то не нравится, то это его проблемы.
Той ночью, когда он ложился в кровать, она впервые отвернулась к стенке и притворилась спящей. И с этого дня их отношения немного изменились. Он больше не просил ее составить ему компанию, и Клер чувствовала себя виноватой. Она знала, насколько важна для него возможность похвастаться женой перед коллегами, словно она была его очередным трофеем. Клер догадывалась, что Грег относится к ней именно так. Она никогда не питала особых иллюзий насчет его чувств к себе. Клер даже подозревала, что он потерял бы к ней интерес, если бы она не была столь неприступной до свадьбы. Она хорошо знала таких мужчин и поэтому не удивлялась. У Грега было огромное самомнение и не менее огромное эго. Его общественное положение подразумевало наличие молодой красивой жены. Она сомневалась, что он будет хранить ей верность, но это ее мало волновало. Грег женился на образе, иллюзии, а она вышла замуж ради положения в обществе. Они просто были нужны друг другу. Но что ее действительно удивляло, так это его отношения с Ники.
Клер полагала, что после смерти матери Ники должна была направить всю свою привязанность на отца, но девочка, напротив, старалась его избегать. Она даже предпочитала есть на кухне в компании миссис Поп. Клер считала, что это неправильно, и не раз говорила Грегу, чтобы Ники садилась за стол вместе с ними в столовой. Но он всегда отвечал, что девочке так больше нравится. Позже Клер убедилась, что так оно и есть, и перестала донимать его расспросами.
Ее отношения с Ники улучшались с каждым днем. Малышка все еще оставалась довольно замкнутой и ни разу не заговорила с Клер о матери. Клер же надеялась, что со временем ее терпение поможет ей найти общий язык с девочкой.
Во время ежедневных прогулок с Кэссиди Ники становилась совсем другим ребенком. Она играла с собакой и смеялась, чего никогда не позволяла себе со взрослыми. Клер очень хорошо ее понимала.
У Ники, как и у нее самой, почти не было детства. Клер решила сделать все возможное, чтобы сохранить то, что от него осталось. Но по мере того как ее привязанность к девочке росла, ревность Грега становилась все сильнее. У него никогда не было времени на дочь, и он, похоже, хотел, чтобы у Клер его тоже не было. Она этого не понимала. Ведь она думала, что ее муж только обрадуется, видя ее привязанность к его ребенку. Но на деле это его только раздражало.
