Маленький секрет полностью

Как раз вчера вечером в ресторане оказался свободный столик. Там всего пять столиков, и Анне некуда было положить великодушный подарок от Лиз – пришлось держать на коленях букет цветов метровой высоты, пока Лиз громко рассказывала ей о Маркусе, с которым она познакомилась в столовой «Радио-Централ».

(– Это не тот ли мужчина, который подошел к ней в…? – изумился Шон.

– Тот самый. Мистер Усач.)

– Он тебе понравится. У него такая классная тачка. И такие клевые друзья. – Лиз говорила так громко, что все сидящие в ресторане слышали каждое ее слово.

– Знаешь, а ты точь-в-точь похож на моего бывшего мужика, – сказала она официанту, которого Анна попросила унести букет на кухню, и рассмеялась. – Повернись, пожалуйста. Да, верно, у тебя точно такая же задница, да и все остальное.

Избавившись от цветов, Анна попыталась заставить Лиз разговаривать потише.

– Чего ты на меня шикаешь? – возмутилась Лиз. – Маркус симпатичный парень, но его семья живет в Лидсе. Знаешь это место? Я туда ездила, когда впервые приехала путешествовать по Британии. Чертова дыра, на мой взгляд. Если только он не живет в этом чертовом замке…

(– Прошу прощения за австралийский акцент. В любом случае, ты можешь себе представить, в каком я оказалась положении, и надо же было такому случиться именно в ресторане «IQ».

– Тебе, наверное, хотелось залезть от стыда под стол? – рассмеялся Шон.)

Анна стала смотреть по сторонам. Она заставляла себя рассматривать этот хаос из картин современной живописи, развешанных по стенам. У нее уже болели глаза после безуспешных попыток остановить Лиз, которая увлеченно расписывала свои многочисленные оргазмы с Маркусом и свои ощущения, когда его усы прижимаются к ее…

(– Чему?

– Я не буду повторять того, что она говорила. Достаточно будет сказать, что это походило на мягкую порнографию.)

Затем Лиз спросила у Анны про скандал с матерью, желая услышать все детали этой кровопролитной битвы.

– Ты не можешь все время носить это в себе. Когда-то должен наступить предел терпению. Анна, мы же говорим о твоей матери. – Далее она сказала уже более тихим голосом: – Я думаю, что твоя мать – замечательная женщина. Ты только представь себе, как сильно повлиял на нее роман твоего отца. Вот. И она никак не могла забеременеть. Ты даже не знаешь почему, верно? Может быть, это было что-то ужасное. – Глаза Лиз наполнились слезами. Она взяла салфетку и промокнула стекающую по щекам подводку. – Может быть, это потому, что твой отец ей что-то сделал. Может быть…

Люди за соседними столиками перестали разговаривать. Они повернули головы в их сторону и уставились на Лиз, которая трубно высморкалась и вытерла рукавом пот с лица. Они разглядывали ее большие груди и обезображенные потеками туши глаза. Все они уже были в курсе истории воспаления ее мочевого пузыря.

(– Ну, нет. Сейчас ты точно преувеличиваешь…

– Ну, может быть, только самую малость.)

– Анна, ты будешь сожалеть, если сейчас ничего не предпримешь в отношении своего отца, – сказала Лиз. – Очень скоро может оказаться, что уже слишком поздно. И ты об этом пожалеешь. Как пожалела я.

(– Что она имела в виду? – серьезно спросил Шон.

– У Лиз были проблемы в семье… Настоящие проблемы, не то, что у меня…

– Анна, я тебе уже говорил, – снисходительно улыбнулся Шону – что нельзя сравнивать проблемы. Можно сравнивать только их последствия. И твои проблемы, кажется, очень сильно на тебе сказываются.

– Может быть. В любом случае Лиз от чего-то убегает.)

– Анна, ты счастливая. Твоя мать любит тебя, – сказала Лиз.

– Ну, не все так просто. Она постоянно принижала меня. Здоровыми такие отношения не назовешь, – ответила Анна, как бы стараясь убедить саму себя. – Так или иначе, разве твоя мать тебя не любит?

– Ты хочешь сказать, «не любила»? – поправила Лиз.

– Ну, а как насчет твоего отца?

– О, да. Папочка меня любил…