«Нет, – подумала Тиффани. – Это Дальний Умысел. Я думаю, как я думаю о том, что я думаю. По крайней мере, я так думаю».
Задний Ум сказал: «Так, давайте все немного успокоимся, тут слишком шумно для такой маленькой головы».
Лес всё не кончался. Может быть, он и не был таким уж большим, просто оставшиеся позади деревья успевали забежать вперёд, чтобы Тиффани и Фигли шли через него снова и снова. Они ведь были в Волшебной стране, а она на всё способна.
И снег по-прежнему исчезал там, где ступала Тиффани, и по-прежнему любое дерево, стоило ей задержать на нём взгляд, спешило прикинуться настоящим.
«Королева, она ведь… королева, – думала Тиффани. – В её распоряжении целый мир. Она могла бы творить здесь что угодно. А она не придумала ничего лучше, чем воровать чужое и портить людям жизнь».
В отдалении раздался стук копыт.
«Это она! Что мне делать? Что я ей скажу?»
Нак-мак-Фигли отпрыгнули к деревьям.
– Убирайсь с тропы! – крикнул Тиффани Явор Заядло.
– Но мой брат, может быть, ещё с ней! – помотала головой Тиффани, стискивая ручку сковородки и вглядываясь в синие тени.
– И чё? Стырим как-нить! Это ж Кралька! Её вот так напрямки не забороть!
Стук копыт стал громче, и уже можно было разобрать, что животных несколько.
Из-за деревьев выскочил олень. От его шкуры валил пар. Зверь уставился на Тиффани налитыми кровью глазами – и прыгнул. Она пригнулась – олень пролетел над ней. Тиффани почувствовала его запах, капли пота упали ей на затылок.
Это был настоящий олень. Такая вонь не может быть воображаемой.
А потом появились собаки.
Первой досталось ребром сковородки, и тварь полетела кувырком. Вторая попыталась было вцепиться в Тиффани, но с изумлением обнаружила, что под каждой её лапой объявилось по Фиглю. Очень трудно кусаться, когда твои лапы разбегаются в разные стороны. А потом другие пиксты запрыгнули собаке на голову, и вскоре кусаться стало совсем невозможно. Нак-мак-Фигли имели зуб на злейхаундов.
Тиффани подняла взгляд на белую лошадь. Лошадь тоже была настоящая, насколько можно было судить. А в седле сидел мальчишка.
– Ты кто такая? – спросил он. Прозвучало это как «Что ты за тварь?».
– Ты кто такой? – спросила Тиффани, отбросив волосы, упавшие на лицо.
Ничего лучше в сложившихся обстоятельствах она сделать не могла.
– Это мой лес! – заявил мальчишка. – И я приказываю тебе повиноваться!
Тиффани присмотрелась к нему. Тусклый, потёртый свет Волшебной страны мало что позволял разглядеть, но чем больше она смотрела, тем больше в ней крепла уверенность.
– Тебя ведь Роландом зовут?
– Не смей так со мной разговаривать!
– Ну точно. Баронский сын.
– А ну, замолчи! – Лицо мальчишки сморщилось и порозовело, словно он пытался не разреветься.
Он поднял хлыст…
Раздалось тихое «чпок». Нак-мак-Фигли успели построить акробатическую пирамиду под брюхом лошади, и в этот самый миг тот, который был на вершине, перерезал подпругу.
Тиффани поспешно вскинула руку.
– Не шевелись! – крикнула она, стараясь добавить голосу командных ноток. – Если двинешься – упадёшь с лошади!
– Ты что, колдуешь? Ты ведьма? – Мальчишка бросил кнут и достал из-за пояса длинный кинжал. – Смерть ведьмам!
Он ударил лошадь каблуками, и тут случилось одно из тех долгих мгновений, когда вся Вселенная, кажется, говорит «упс!»: как был, с кинжалом в руке, парень полетел с лошади и шмякнулся в снег.
Тиффани уже знала, что будет дальше. Крик Явора Заядло эхом разнёсся по лесу:
– Ну, ты попал, паря! Держи его!
– Нет! – взвизгнула Тиффани. – Не трогайте его!
Мальчишка стал отползать, не спуская с Тиффани испуганного взгляда.
– Ты ведь и правда Роланд, – сказала она. – Сын нашего барона. Все думали, ты погиб в лесу…
– Об этом нельзя говорить!
– Почему?
– Плохо будет!
– И так уже плохо, – сказала Тиффани. – Послушай, я пришла сюда, чтобы спасти моего…
Но парень уже вскочил на ноги и кинулся назад в лес. На бегу он обернулся и прокричал:
– Не лезь ко мне!
Тиффани бросилась за ним, перепрыгивая через присыпанный снегом бурелом. Мальчишка метался от дерева к дереву, она его видела. Вот он обернулся и приостановился.
– Эй, я знаю, как тебя отсюда… – начала она…
И танец унёс её.
Её держал за руку попугай или, по крайней мере, некто с головой попугая. Её ноги безупречно выводили одну фигуру за другой. Танец привёл её к павлину или кому-то с головой павлина. Тиффани посмотрела через его плечо и увидела, что она в помещении, и даже не просто в помещении – в бальном зале, полном танцующих людей в маскарадных костюмах.
«Ага, – поняла она. – Снова сон. Надо было лучше смотреть, куда бегу…»
Музыка казалась странной. В ней был какой-то ритм, но мелодия звучала глухо и путано, словно её играл под водой задом наперёд оркестр, впервые в жизни увидевший инструменты.
И Тиффани правда надеялась, что остальные танцоры просто надели маски. На ней-то самой точно была маска – она смотрела сквозь отверстия для глаз и гадала, кого изображает. А ещё на Тиффани было платье, длинное и сверкающее.
