Мантию решила не надевать, раз Эрик не носит, тогда и я не буду. Тем более в его квартире. Так, стоп! Я присела на кресло, задумавшись. Он сказал «поместье», значит... Так я не в городе?!
Поднялась и подбежала к окну, более внимательно все оглядывая. Высоко, прилично высоко, этаж этак пятый или шестой, непонятно. Все утопает в зелени, и куда ни глянь – лес, деревья, много цветов. Недалеко какой-то лабиринт из зелени, подальше – укрытое помещение, похожее на оранжерею. Скосила глаза, от нетерпения встала на цыпочки и закусила губу. Эх, получше бы рассмотреть!
– Ну что ты такая непослушная! Пациентам прописываешь постельный режим, а сама ему не следуешь, – послышалось от двери.
Эрик стоял и придерживал дверь, в нее прошел Генри, поклонился, за ним служанка, которая несла подносы с накрытой крышками едой. Подойдя к столику, Генри быстро и умело расставил с подноса блюда, затем разложил тарелки, столовые приборы и салфетки. Да, приятно, что ни говори.
Затем оба слуги снова поклонились и спешно вышли из комнаты. Эрик же, закрыв за ними дверь, нахмурился, быстро подошел и снова подхватил меня на руки.
– Я понял, цветочек. Тебе очень нравится, когда я ношу тебя на руках. Договорились, буду носить, – с серьезным видом кивнул он, – но ты выполняешь все, что тебе рекомендуют целители. А они советовали сейчас побольше есть и отдыхать. И не напрягаться.
Говоря это, он подошел к креслу и сел в него вместе со мной на руках. Поерзала на жестких коленях, устраиваясь поудобнее. Хочет поиграть? Что ж, в эту игру можно играть и вдвоем.
– Не ерзай, цветочек, а то мы вместо ужина сразу же в кроватке окажемся, – легонько шлепнул меня по бедру Эрик. – Или нет, тебя все равно накормить надо, так что твой плед подойдет. Где он, кстати?
– Даже не надейся, – ответила я. – Мне и так очень удобно. Тебе что положить, а то тебе из-за меня не повернуться? Так и быть, покормлю тебя за мое спасение, – очаровательно улыбнулась я.
Эрик подозрительно посмотрел на меня.
– Хорошо, – медленно и осторожно ответил он.
Зацепила вилкой кусочек мяса с ближайшей тарелки и протянула ему.
– Мне это, конечно, нравится, только и тебе бы поесть не мешало, – проговорил он, но, тем не менее, снял аккуратно кусочек с вилки и стал пережевывать.
– Я тоже буду, – кивнула я, наколола на другую вилку кусочек сыра и положила в рот.
Эрик сглотнул, притянул меня к себе поближе и уткнулся мне в шею.
– Давай ты сядешь в другое кресло, – практически простонал он. – Я не хочу, чтобы ты голодной осталась.
– Ладно, – вздохнула я.
Опершись о подлокотники, встала с его колен и плавно переместилась в соседнее кресло. Так действительно было удобнее.
Теперь мы ели спокойно, не торопясь, каждый пережевывал пищу тщательно. Беседу никто из нас не начинал. Когда пришло время для чая, Эрик встал со своего места, подошел к секретеру и открыл его.
– Вот, для тебя припас. Я знаю, ты такие любишь, – повернулся он ко мне, держа в руках коробку.
Знакомая коробочка, хоть и без всяких опознавательных знаков, перетянутая ленточкой. Я осторожно взяла ее из его рук и потянула за ленту. Когда открыла крышку, по спальне поплыл волшебный аромат пирожных. Тех самых, которые кода-то были вместе с букетом цветов в моем кабинете. Ну, не совсем тех, их-то я съела, причем без зазрения совести.
Воздушный крем, ягоды и цветы – все это было съедобное, я уже знала. В коробочке было два пирожных. Одно я положила на тарелку и протянула Эрику.
– Я для тебя хотел, – отказался он.
Я нахмурилась и посмотрела на него.
– Я столько не съем. Между прочим, ужин просто великолепен, надо сказать повару, что все было очень вкусно. И я наелась так, что, боюсь, и одно в меня с трудом влезет. А здесь два. Одно съем сама, другое – тебе. А то так нечестно: одной есть такую вкуснятину. Ты хоть пробовал? – прищурилась я.
Он пожал печами, затем отрицательно покачал головой.
– Да я как-то сладкое уже давно не ел, – криво улыбнулся он. – Просто наши дамы расхваливали данную кондитерскую, и я решил тебя угостить.
– Вот и попробуешь, – всунула я ему в руки тарелочку с пирожным.
– Ну, если ты попросишь, – протянул он.
– Господин де Градо Ринальди, просить я не буду. Если не хотите – не ешьте, но многое потеряете, гарантирую вам, – притворно сурово сказала я.
И стала маленькой ложечкой есть воздушный крем, который просто таял во рту. М-м-м…
– Спасибо,– отозвался он. Затем все же взял похожую ложечку и подхватил ягоду с кремом. Положил ложку в рот, застыл…
– Ну что, разве не вкусно? – спросила я, затаив дыхание.
А он просто застыл с ложкой во рту, и по лицу было непонятно, нравится ему или нет. Вдруг он сладости вообще не любит, а я его заставляю? Может, не надо было?
Раздался стон, ложка замелькала быстро-быстро, и в одно мгновение пирожного уже не было.
– Да, это действительно вкусно! – проговорил Эрик, облизывая ложку. – Когда следующий раз будем заказывать, надо побольше взять.
Я улыбнулась. Свое-то я еще не съела, и продолжала его смаковать, попивая чаек.
