Джерри вернулся через четыре минуты и бежал к самолету стремительно, боясь, что она передумает. Он поскользнулся и снова упал в лужу, насквозь промочив свою сумку, но прежде, чем успел подняться, она уже выскочила из самолета, и нежные руки помогли ему встать. Он улыбнулся ей, прикоснувшись рукой к ее лицу:
— Ли и Софи сказали, что они останутся и присмотрят за скотом, пока рабочие не вернутся.
Анна стояла перед ним, по лицу ее стекали струйки дождя.
— Джерри, ты уверен?
Дрожа, он взял ее за руки, прижал их к сердцу. Он смотрел в ее глаза, молчаливо умоляя понять его. Глаза ее потемнели, наполнившись любовью. А он так боялся, что любовь ее уже умерла… Анна прильнула к нему, поцеловав его в грудь.
— Если ты когда-нибудь передумаешь…
Он зарылся лицом в ее волосах.
— Я благодарю Бога за то, что ты передумала, — пробормотал он. — И молю Его о том, чтобы ты не вернулась к прежнему решению.
— Но… что ты будешь делать в городе, если мы переедем туда?
— Меня не волнует, какой работой я буду заниматься. Во всяком случае, буду делать все, чтобы ты была счастлива со мной, — охрипшим голосом произнес Джерри.
Она взглянула на него, и ее огромные глаза олененка Бэмби наполнились радостью.
— Я люблю тебя, Джерри, — прошептала Анна и поцеловала его долгим поцелуем, наполненным нежностью, страстью и счастьем.
Душа его воспарила на небеса. Он чуть не потерял все… а теперь обрел все, что было истинно значимым в его жизни. И в этом поцелуе были благословение Бога, мудрость его матери и не утраченная еще надежда.
Толстый индус сиял:
— Вот и все, мистер и миссис Вест. Поздравляю вас с удочерением Айши и Майи. Пусть будет благословенна ваша жизнь в Австралии, пусть будет она наполнена красотой.
Он пожал руки Джерри и поклонился Анне, чьи руки были заняты: она держала за руки двух маленьких девочек полутора и трех лет. Их родители умерли, и детям нужны были дом и семья — точно так же, как Анне и Джерри нужны были дети.
Сердце Анны наконец было полностью наполнено счастьем. Юридические процедуры по усыновлению детей заняли много месяцев, и за это время они получше узнали Айшу и Майю, выучили хинди и научили девочек некоторым английским словам. Анне казалось, что все это ей снится. И Джерри тоже. Эти прекрасные девочки звали ее мамой, а Джерри — папой.
Два года назад она даже не могла представить себе такое счастье…
Анна склонила голову в ответ.
— Намасте, — тихо сказала она. Спасибо за помощь, спасибо за радость, которая пришла в нашу жизнь.
Джерри подхватил Айшу на руки, Анна держала маленькую Майю. Они наконец вышли из офиса, став родителями.
— Мами, куда мы идем? — спросила Айша на хинди, когда Джерри вынес ее на улицу, залитую ослепительным солнцем.
— Мы идем домой, Айша. — Они регулярно приводили девочек в квартиру, которую сняли на время усыновления, чтобы малышки привыкли к их маленькой семье.
— В Стралию? — спросила Айша, не в силах произнести длинное незнакомое слово. Они рассказывали детям, где находится их дом, чтобы они знали о предстоящих переменах.
Джерри рассмеялся:
— Да, в Австралию, Айша… и мы поедем туда на следующей неделе. У нас есть фотографии Австралии, тетя Софи прислала фото своего дома, а тетя Ли прислала фото Молли, которая машет вам ручкой.
— Мы поедем и познакомимся с тетей Ли, тетей Софи и Молли, — серьезно изрекла Айша выученные ею английские слова, и Анна с Джерри рассмеялись. Майя что-то лопотала на хинди, обняв маленькой ручкой шею Анны.
Этой ночью, в кровати, Джерри и Анна лежали обнявшись, без сна и тихо разговаривали. Дверь в комнату девочек была открыта, это была их первая ночь на новом месте.
— Ты счастлива? — пробормотал он, поцеловав ее в волосы. Голова ее лежала на его груди.
— Как же я не могу быть счастлива? — Она улыбнулась ему. — У меня есть ты и две прекрасные дочери. Мы — семья.
С того момента, как Джерри забрался в самолет к Анне, он беспрекословно выполнял все ее желания. Он нашел работу тренера по конному спорту в Перте, в то время как Анна стала искать работу в школе.
Она обрела истинную радость и в то же время тяжелый труд, когда занялась обучением детей, но не рисованию, а пению и танцам. Работая с детьми, которые действительно нуждались в ней, она обрела мир в своей душе. Каждый раз, возвращаясь домой, она рассказывала Джерри какую-нибудь историю: смешную или трогательную. И вскоре, к своему удивлению, обнаружила, что Джерри тоже нравилась его новая работа: захватывающая и приносящая удовлетворение.
Они работали, учились жить в городе и, что было труднее всего, учились жить в браке. К удивлению Анны, Джерри не выказывал никаких признаков сожаления. А если и скучал по Джарндирри и своей прежней жизни, то просто говорил Анне, что ее любовь восполняет все его потери.
