– Не переживай, – сочувственно поцокав, сказал Бен. – Просто твои таланты лежат в другой сфере.
Я подозрительно посмотрела на него, но он вроде не издевался, голос звучал искренне. Поэтому я дрогнула и ответила с нехарактерной для себя мягкостью:
– Ну, не знаю, я в этом не уверена.
Опустив глаза на стол, я вдруг напряглась, почувствовав его близость. Голова снова шла кругом. А правда, что мне хорошо удается? Работа? Безликая, она мало что говорит обо мне. Фиона талантливо фотографирует. У Аврил есть муж, который ее явно обожает, да к тому же звездная карьера. Софи нашла себя в кулинарии. У Конрада есть репутация, опыт и знания.
Ева показала нам, как раскатывать масло между пластами теста, как формировать булочки, и в конце демонстрации перед нами лежало несколько подносов со
Мы снова сидели за столами со свежим горячим кофе, а Ева сновала с веником и прибиралась. Ей помогала Софи – складывалось впечатление, что Софи вообще не может посидеть спокойно хоть минуту.
– Прекрасное было утро. – Дэвид оглядел остальных членов группы. – Я ведь бо́льшую часть времени провожу один. – У него, я заметила, дернулся кадык. – Это т-так здорово быть… вместе. Должен признаться, я вдруг понял, что одинок и страдаю от этого.
– Ох, Дэвид, – Софи положила ему на плечо руку, – как я тебя понимаю. Пока я не познакомилась с Джеймсом, чувствовала себя точно так же. Можно быть окруженным массой народу, но оставаться невидимкой, особенно в Лондоне.
– А теперь представь, каково быть внештатником. С Интернетом и электронной почтой у людей вообще нет необходимости с тобой встречаться. Все можно сделать в режиме онлайн. Мой редактор со мной общается исключительно по электронке.
– А как же родственники? – спросила Софи.
– Я ведь давным-давно уехал из Камбрии, где живут отец и сестра. На Рождество я их навещаю, но давно сделал ставку на карьеру. Переехал в Лондон. Работаю. Кручусь.
– Ну а друзья-то? – настаивала Софи. – По мне, ты такой симпатичный, обаятельный, хоть куда. Изо рта не пахнет, одеваешься без выпендрежа, на вид не заметно никаких вредных привычек.
Дэвид скрестил вытянутые ноги.
– Друзья есть, конечно. Полно друзей, но это не то же самое. У кого-то имеются семьи. У других – еще какие-то приоритеты. По выходным у каждого находятся свои дела. Просыпаешься однажды утром – а вокруг никого, все разбежались. – Дэвид снял очки и крутил их в руках. – Господи, что это я разоткровенничался, ведь даже в мыслях этого не было. Ева, вы, видимо, угостили нас сывороткой правды. – Но в его взгляде была благодарность, и Ева ответила ему сочувственной улыбкой. – Можно, конечно, бродить одному по музеям и выставочным залам, но не бесконечно. И идешь туда только по единственной причине. Чтобы пойти куда-то одному. Грех жаловаться, у меня свой дом, большой дом, вот только одному в нем бывает тоскливо. Была мама, но несколько лет назад она умерла. Я заставляю себя выходить гулять, потому что, если не заставлю, могу дни напролет сидеть взаперти.
– Везет тебе, засранец, – прохрипел Конрад прокуренным голосом. – А меня три жены обобрали подчистую. Вот теперь снимаю каморку в Клэпхеме, причем, заметьте, в самом дальнем конце Клэпхема – сущая задница мира. Но я привык. Можешь позвать меня пообедать в любое время, – продолжал он. – Я всегда был уверен, что мечтаю о тишине и покое, а вот ведь: оказалось, что совсем не могу жить один, а гостей не пригласишь, неудобно – уж больно квартирка тесновата.
– Я, кстати, тоже в Клэпхеме, – заметил Дэвид.
– Ну что ж, там есть где промочить горло – немало достойных заведений, и даже не придется тратиться на такси до дома, – обрадованно заявил Конрад. – К слову сказать, во сколько у нас сегодня обед? И не приспело ли время немножечко выпить?
– А почему бы вам не пустить к себе квартиранта, Дэвид? – предложила Ева.
– Да я как-то не думал об этом. Деньги мне не нужны, вот в голову и не пришло.
– Деньги ему не нужны! – возмущенно пробормотал Конрад, уткнувшись в свой кофе.
Склонившись над чашкой, я улыбалась сама себе. Приятно, что эта встреча в кафе, к которой, признаюсь, я относилась очень скептически, на самом деле немного объединила и сдружила людей. Даже Бен неожиданно не стал выпендриваться.
Утренняя программа завершилась появлением из печи горяченьких – с пылу с жару –
Только посмотрите, мы сделали это сами. #ЧудоКопенгаген #пресстурромантика
– Отправлю их мужу по ватсапу. Пусть видит, что я еще не разучилась готовить и вообще не такая уж я проблемная.
В ее словах слышалась горькая смесь раздражения и вызова.
