Он что-то искал. Раз десять открывал перед собой засаленную, рваную с краёв, пожелтевшую карту, и вглядывался в неё во тьме ночи, покрывающей серым тюлем здания и небо.
– Чудесно, – гулкий бас скакал эхом по стенам и исчезал вдали.
Его громко окликнули. Тень резко обернулась и встретилась глазом со знакомой фигурой.
– Надо же, – фыркнул вновь прибывший, – прыткий какой.
– Кто бы говорил, – бесстрастно отпарировал он. Давно знакомы голос резал ухо, как и тогда.
– Это комплимент?
Звякнула сталь. Яркий узкий блик пронёсся в темноте и ударил в тень.
– С фига ли баня-то сгорела? – в его тоне проскользнула раздражённая интонация.
– Чего? – растерялся некто с ножом.
Путник развернулся и опрометью побежал, делая длинные, нечеловеческие прыжки.
– Стой, дрянь! – вдогонку выругалась фигура.
Но он уже не слышал нападавшего.
Юля с радостной улыбкой потянулась. Потом внезапно поняла, что лежит одна головой на куртке, и её сердце ёкнуло.
– Никита? – дрожащим голосом позвала она. Посмотрела в белое небо, будто там-то точно есть её брат.
Её плеча коснулась красная прядь.
– Никита, я испугалась, – девочка облегчённо рассмеялась.
– Я в магазин ходил, – сообщил ман, поставив перед ней пластиковую тарелочку с бутербродами.
Юля начала есть, запивая холодным чаем. Сам дух сел рядом с ней и сделал крупный глоток из своей бутылки.
– А тебе можно? – неуверенно спросила Юля, повернувшись к брату.
– Мне по Обительскому паспорту почти тридцать лет, – с превосходством пожал плечами Никита. – Нормально.
– Получается, ты умер… Пятнадцать лет назад? – поинтересовалась девочка, стесняясь задавать такие вопросы духу.
– Самолёт взорвался, – просто пояснил Никита, беря сыр с тарелки. – Веткой переломило хребет.
«Он явно высоты боится» – сразу же подумалось девочке.
Внезапно в голове у неё отчётливо с некоторой насмешкой раздался низкий гулкий бас:
– Пьёт, как извозчик и курит, как паровоз. И врагу не пожелал бы такого брата.
– Ты тоже это слышал? – Юле кровь ударила в глаза от страха.
Никита повернулся к ней с недоумением на лице. Он только собирался прикурить от огонька на конце жёлтого ногтя, как что-то невидимое выбило сигарету у него из пальцев.
– Эй! – ман вскочил на ноги и наугад ударил в воздух. – Охренел?! Покажись!
У Никиты даже желваки натянулись от возмущения.
Рядом раздался сиплый громовой смех.
– Призрак? – Юля спряталась за брата и вцепилась ему в волосы. Всё ещё плавало в голове состояние полуобморока от испуганного инфаркта.
– Я просто внезапно подумал, знакомые же лица, – невидимка, судя по хрусту камешков на дороге, обошёл сестру и брата позади. – Не вы, случайно, нашего проводника ищете?
– Мы! – обрадованно воспрянула духом Юля.
Ман шикнул на неё. Потом вздохнул, решительно развернулся и схватил-таки призрака за грудки.
– Хоба! – дух потряс существо над землёй, удостоверяясь, что правильно взял.
– Но, но, – раздражённо прикрикнул бас. – Я никого пока не бил. Я всего лишь хочу вам в поисках помочь.
– А причина? – сурово поинтересовался Никита, скалясь для большего внушения страха.
– Должок у меня Коляну, – покорно признался призрак, объявляясь.
Он оказался невысоким мальчиком восьми лет, с чёрными лохматыми волосами, бледной кожей, маленьким острым носом и густыми бровями вразлёт. Один глаз у него был закрыт повязкой, а второй, с уголком вверх, горел фиолетовым пламенем с вкраплением ядовито-зелёного зрачка. Одет в тёмную толстовку с большим карманом и длинные шорты. Он ничего не весил, и его внешность совершенно не подходила голосу.
Разве что за спиной развернулись рваные серые крылья летучей мыши.
– Ух ты, призрак вурдалака, – уважительно ухмыльнулся Никита и опустил добычу. – Какая редкость. Прикреплённая душа?
– Естественно, – призрак многозначительно обвёл глазами свою фигуру.
От нового знакомого шло непреодолимое чувство опасности. Но, видимо, Юля этого не ощущала.
– А как это, «прикреплённая душа»? – спросила она у брата.
– Вурдалаки – это существа наполовину летучие мыши, они пьют кровь… – невозмутимо перебил мана призрак.
– Как вампиры?
– Вампиры, или упыри – это мёртвые, которые с помощью тёмных сил и магии восстали и поддерживают свою «жизнь» убийством людей. Вурдалаки не обязаны это делать, они уже служащие Тьме, живые. Термин «прикреплёная душа» – это так твой брат объяснил, почему я после смерти не превратился в тень. Просто прицепился к чужому телу, точнее, призрачной оболочке.
– А, – девочка уже хотела сказать, что так неправильно, но решила повременить с высказываниями.
Никита обиженно молчал, скрестив руки на груди.
– Пойдёмте, спасибо, что поможете! – радостно поблагодарила Юля и пошла вперёд.
Призрак рванулся за ней, но твёрдая рука Никиты удержала его за капюшон.
– Не вздумай мне, – зло прорычал дух, у него в голосе прорывалась явная угроза.
– Не вздумаю, – с высокомерной ухмылкой качнул головой вурдалак.
– Ну и как у нас с именем? – настороженно, но примирительно поинтересовался ман, отпустив заложника.
– Зовите меня Изецль.
– А где мы? – поинтересовался Коля у вампира.
