Малиновые страницы полностью

пришелец — ты с чужой кометы.

Зря самолюбием своим

ты пред людьми так козыряешь.

Не козырь — пешка ты, пойми:

что не найдешь — то потеряешь.

Нет, не найти тебе любви.

Ты в жизни очень неприветлив.

Ты посмотри, как мы, со стороны:

ты вертишься вокруг своей оси.

Для эгоиста — нет любви,

и от людей тебе нет веры.

Когда-то обезьяну-человека

Бог прямо в лоб поцеловал,

и снизошло к ней озаренье,

так появился жизни сериал.

С тех пор мы в творческом порыве…

Написано уже немало драм,

немало есть стихотворений

про милых и не очень дам,

про тяжкий труд мужской,

про лепет детский милый.

Веками мы читаем их,

всем близок к сердцу чудный стих.

Кто-то смотрит внутрь себя,

в своей душе находит вдохновенье,

а кто-то видит мир со стороны

и составляет мненье.

Один направлен глубоко в себя,

а у другого — всё наружу…

Так кто из них талантливей, друзья?

Лишь тот, кто тронет твою душу…

Снег хрустит под ногами

и за мной заметает следы,

и иду я дорогою дальней,

светят мне фонари.

С ночи всё заметает пороша,

мне с утра на работу идти.

Утро тёмное,

говорит мне пороша: «Не иди, не иди.

Лучше в руки возьми

санки, лыжи, коньки».

Я иду, а погода хорошая

вторит мне: «Не грусти, не грусти».

А память всё снимает кинофильм,

где кадры яркие всплывают,

там что-то забываем, что-то мы храним,

а года вновь куда-то уплывают…

Нам казалось, что друзей полно вокруг.

Оказалось, что друзей нам не хватает.

Все куда-то делись вдруг,

ищем их, а нас они обходят краем.

Нас жизни иллюзорные посылы

пытаются запутать, обмануть,

теряемся мы в них, пока мы живы.

И прошлое, увы, нам не вернуть…

Теряем близких мы людей,

скорбим, на Бога уповаем,

играем в малых мы детей,

своей наивностью мы впечатляем.

Событиями жизнь у всех богата.

Куда же всё уходит навсегда?

Любовь уходит в «никуда»,

там оставаясь без возврата.

А земля всё вертится вокруг.

Проживая жизни перспективы,

вспоминаем мы её моменты вдруг,

чувствуем, что мы ещё здесь, живы.

Все решаются конфликты

разговором интересным,

обсуждаются конфликты

коллективом повсеместно.

Ну а мы со стороны

наблюдаем за их ссорой.

Ну а мы издалека

смотрим на переговоры.

Чем закончится разборка,

очень нам всем интересно.

Мы собрались на тусовку,

и нам всем здесь очень тесно.

Скажи, кто был тот человек,

что ворон вился над могилой?

Пьянел от крови он чужой

и ненавидел тех, кто живы.

Кого полно? Полно людей

или теней полно на той аллее,

где птицы, прилетев под ель,

как от мороза леденели?

Живи и здравствуй много лет,

не стоит в холод торопиться.

Весной растает грязный снег.

Аллея солнцем осветится.

Хозяин был большой любитель

по вечерам немножко… выпить,

а утром, только глаз прозрел,

у мужика был опохмел.

В магазине спозаранку

купил себе он разнопарку:

два валенка, два «дружбана»,

из разных пар, он и она.

Правый всё спадал с ноги,

левый жал, как жмут тиски.

По улице идут, гуляют

и на себя всё собирают.

А вечером, придя домой,

и после рюмочки-другой,

намучавшись за день, с тоской

обувку ту с ноги он снял.

А утром еле отыскал…

«Куда же он их раскидал?»

Один с гармошкою лежал,

второй в навозе ночевал.

Голос у него обычный,

но пел он им весьма прилично.

Любил попеть он в ванной, моясь,

совсем один, не беспокоясь.

В подъезде бегал фольклорист,

любитель музыки, садист,

везде ходил он с микрофоном

и с допотопным диктофоном.

Записывал на диктофон

в подъезде всё, что слышал, он.

Потом на рынке продавал.

Мужик не видел и не знал.

Мужик вокалом занят,

садист на «запись» ставит,

за дверью — шорох, суета,

мужик подумал: «Вот дела…»

Открыл он дверь, та не поддалась,

как будто заперта осталась,

он поднапрягся не спеша,

ногой открыл и дал «леща».

Дверь захлопнулась за ним,

он в полотенце, он один…

И поёт при всём народе:

«Во саду ли, в огороде».

«Гости» сразу убежали,

мужика, успели, сняли

на рабочий телефон,

как в подъезде орал он.

Вышло так, как вам не снилось,

что мужик стал знаменитость,

не на сцене, в соцсетях –

набрал лайков в новостях.

За славой ты большой ходок,

и в жизни нет тебе преграды.

У славы же короткий срок

и призрачны её награды.

А мир людей — велик, жесток.

И жизнь ошибок не прощает,

гордыня даст тебе урок,

тщеславие тебя ославит.

И время даст тебе понять,

что тяжело тебе вернуться,

ненужным Богу и семье,

не в силах людям улыбнуться.

Если молчать — никто не услышит,

нужно кричать и к людям быть ближе.

Только «стучать» нельзя на людей.

Будьте к себе и друг к другу добрей.

Кто-то заметит, кто-то поймёт,

к жизни тебя нормальной вернёт.

В мире вокруг много людей,

в дружбу их просто поверь.

С другом жизнь ярче, богаче, сильней,

с ним поделись мечтою своей.

Свой человек нужен мне и тебе.

Друг не позволит случиться беде.

Борьба за мяч, извечный спор –

кто на арене всех сильнее.

Здесь «штраф» звучит как приговор,

со стороны судье виднее.

Свисток — штрафной, успех двойной

забить в ворота гол ногой

и, времени не замечая,

бить вратарю с навеса, с края.

Эмоций полон стадион

гудит, как улей полон пчёл,

скандирует он снова: «Гол!».

Вчерашний мальчик — чемпион.