На мне была золотая цепочка, а на ней кулон в виде малины, на которой красовался рубин, поверх которого были три листика, украшенных маленькими изумрудами. Это был очень символичный подарок, и он уже очень многое для меня значил.
— С днем рождения, Малина, — наклонился к моим губам и поцеловал, обхватив лицо руками.
— Елизар… зачем… это дорогой подарок, — снова потянулась к его губам, на которых заиграла улыбка.
— Он дорогой, только лишь потому, что предназначается тебе.
— Спасибо… — прошептала и снова растворилась в сладостном поцелуе.
Невозможно передать словами то, что я чувствовала внутри себя. Это как если бы всю жизнь мечтали о сказке и она однажды стала явью. Нет, Елизар далеко не принц и коня у него нет. Он Барон — самый настоящий. И у него есть «БМВ» белого цвета, вместо коня. Но дело не в этом. И вовсе не в его подарке, что так растрогал меня. Дело в чувствах, что встряхнули меня. Хорошо, так встряхнули. Вернули меня прежнюю, коей я была до его отъезда. Мне важно быть с ним и впитывать то тепло, которое он мне дарил одним своим присутствием, даже тогда, когда мы не произносим и слова. Его подарок эксклюзивный, выполненный для меня. И он для меня дорогой. Не потому что он обрамлен драгоценными камнями, а просто потому что Елизар постарался сделать подарок уникальным. Он уделил мне особое внимание, подчеркивая наши чувства. Я знала, что они отдают взаимным трепетом. Это главное.
Поставив цветы в ведро с водой, мы, взявшись за руки гуляли, наверно, пару часов. Иногда молчали, иногда разговаривали, почти всегда целовались и обнимались. А когда подходили к нашим палаткам, Елизар снова притянул меня к себе, долго всматриваясь в глаза, потом улыбнулся и сказал:
— Я хочу, чтобы ты знала, — легкое волнение промелькнуло в его глазах. — Ты очень много для меня значишь, — коснулся моей щеки тыльной стороной ладони.
Я ответить ничего не успела. К нам уже шли наши, собираясь, видимо, меня поздравлять.
— Фимочка, дочка, с днем рождения! — мама обняла и поцеловала.
К ней присоединился папа и тетя с дядей, затем родители Елизара, Миша с Аней, Ксюша с Сережей и Света с Егором. Все начали говорить мне пожелания, одаривать теплыми словами и, конечно же, подарками. Цветы обещали по приезду в город. И мне стало любопытно, как Елизар добыл цветы? Наверное, пока я спала, съездил в город. Для этого ему пришлось встать рано утром, и все это ради меня. Это смутило меня еще больше.
Как-то быстро настал вечер, день пролетел незаметно. За общей шумихой, поздравлениями и веселым смехом, солнце практически зашло за горизонт и повеяло прохладным ветром.
— Ну что, будем прыгать через костер? — поинтересовался Сережа, таща с Егором дрова.
— Так если тащишь дрова, конечно, будем! Главное — зад не подпалить, — хохотнул Миша. — Сейчас гитару принесу.
— Как настроение? — ко мне подсела Екатерина Александровна.
Ей около пятидесяти лет, но выглядела она моложе. У Елизара ее глаза. А вот губы — отца, средние, красивой формы. У Екатерины Александровны они немного тоньше.
— Отличное, спасибо. — Я в свое время мало общалась с его матерью, хоть и знала ее с шестнадцати лет. Она мне всегда казалась утонченной женщиной. Думаю, некий шарм передался от нее Елизару.
— Знаешь, Елизар изменился. Я его порой не узнаю, — она с улыбкой смотрела то на меня, то переводила взгляд на Барона, который разжигал костер с остальными. — Но мне нравятся в нем эти перемены. Раньше с ним такого не было.
Я даже подалась чуть вперед, впитывая каждое ее слово.
— Правда, он бывает немного рассеянным, когда я или отец с ним разговаривает, но это все оправдываемо, — она протянула руку и заправила мне прядку волос за ухо. — Спасибо.
— За что? — меня тронуло ее откровение о чувствах Елизара. Сердце с каждым разом начинало стучать быстрее.
— За то, что он влюблен, — немного помолчала. — Искренне влюблен. И хоть он в этом может долго не признаваться, но я это вижу.
Я не знала, что сказать и меня это все ввело в еще большие раздумья и мечтания. Екатерина Александровна заметила, мое смятение напополам со смущением и, погладив меня по голове, поднялась и я за ней.
Костер уже разожгли и мы по очереди начали прыгать через него, а потом танцевать вокруг пламени и петь песни под гитару, на которой, то Елизар, то Миша играли.
Было очень весело. Я даже не припомню, когда так веселилась.
— Ефимия, дочка, — папа встал из-за стола. — С днем рождения тебя! Я рад, что в твой день рождения стол полон близких тебе людей, друзей и рядом с тобой твой любимый человек! Будь счастлива и любима!
Елизар только крепче обнял меня, и мы все соприкоснулись бокалами.
