— Ты что собираешься приехать на само торжество? — друг был удивлен.
— Ага, в роли святого отца.
Миша рассмеялся и продиктовал адрес.
— Спасибо, друг!
— Ты там случаем, не собрался невесту похищать? — он снова заржал.
— Может быть, — хохотнул в ответ.
— Было бы круто! Тогда Малине не придется выходить замуж за этого козла. Хотя, ты тоже хорош! — он продолжал смеяться, но в голосе присутствовала некая настороженность.
— Сочту за комплимент.
— Когда ты ей скажешь, что виртуальный друг — это ты?
— Пока не планировал. Миха, я сам с этим разберусь.
— Смотри, чтобы потом не было поздно. Давай, Барон, мне пора!
Я старался гнать своего любимого стального красавца, как можно скорее. Как же я скучал по этой быстрой езде, во время которой чувствуешь себя невероятно свободным! Но, когда я выехал на дорогу, ведущую к дачному поселку, пришлось сбавить скорость. Проезжая мимо коттеджей я заметил девушку в пышном свадебном платье. Промелькнула безумная мысль пополам с надеждой, что это может быть Малина. Она бежала мне навстречу вдоль дороги. Я еще сбавил скорость, пока не остановился около нее. Каково было мое удивление, когда я узнал в этой девушке Ефимию. Не мог поверить своим глазам, она так изменилась! Волосы теперь красного цвета, вместо ярко-каштанового, а лицо заплаканное. Она смотрела на меня почти с мольбой в глазах. Потом я увидел бегущего парня. Вероятно, он и есть ее жених. И, скорее всего, теперь уже бывший. Я ухмыльнулся сам себе и кивнул Малине, приглашая сесть позади меня. Не мешкая ни секунды, она села и, как только обхватила меня руками, я резко тронулся с места.
«Бывай, Антошка! Твое время вышло», — бросив последний взгляд на все еще бегущего жениха Малины, я только прибавил скорость.
В тот день я долго пытался привести мысли в порядок, стараясь выкинуть из головы образ Малины в подвенечном платье, поразивший меня. Выходило плохо. И отрицать, что она мне небезразлична не было смысла.
Следующим утром я решил во что бы то ни стало завоюю внимание этой чертовки, которая снова начинала меня дразнить и злить колкими фразами! Я толком все осмыслить не успел, как понял, что попал, как никогда не попадал. А когда Миша предложил поехать всем вместе на море, я попросил его заселить меня с Малиной в одном номере.
— Ты что охренел? — Миша опешил.
— Мне она нужна, — я отвернулся от него и уставился в окно, засунув руки в передние карманы брюк.
— На хера? Постой, — он подошел ко мне. — Ты что втрескался в Малину?
Я молчал. Миша выругался матом.
— Что ж, спешу тебя предупредить, Малина так просто тебе не покорится, придется поднапрячься. Это тебе ни одна из твоих финтифлюшек.
— А я ее и не сравнивал ни с кем, — повернулся к нему лицом. — Если я хочу, то своего добьюсь, — серьезно посмотрел в глаза друга.
— Посмотрим, — хмыкнул он и, развернувшись, направился к двери. Дойдя до нее, повернулся ко мне. — Но если ты с ней вздумал поразвлечься, я набью тебе морду и не посмотрю, что ты мой друг.
— Заметано.
В Ялте все изменилось. Малина открылась мне, и я с охотой принял ее в свои объятия, а сам как мальчишка, впервые потерявший голову настолько, что уже не представлял себя и Малину отдельно. Хотелось видеть ее постоянно…
Трель дверного звонка вывела меня из раздумий.
«Ефимия?» — пронеслось в голове, и я мигом оказался у входной двери. Открыв ее, увидел на пороге Мишу.
«Идиот, конечно, она не придет!» — подумал, пропуская друга в квартиру.
— Выглядишь хреново, — заметил он, разуваясь.
— И тебе привет, — прошел в кухню.
— Пьешь в одиночку? — Миша смерил взглядом на четверть опустевшую бутылку коньяка и сел за стол.
— Хочешь составить компанию? — достал закуску к спиртному и сел напротив.
— А чего я, по-твоему, пришел? — усмехнулся он.
Я ничего не ответил. Разлил по бокалам коньяк.
— Хороший, — Миша кивнул на бутылку с горячительной жидкостью. — Что, слетел «парфорс» и взыграло ретивое? — усмехнулся, глядя на меня.
— Взыграло, мать его, — снова наполнил бокалы.
В ту ночь мы хорошенько надрались, но утром на самолет я не опоздал. Протрезвевший друг подвез меня до аэропорта, сказав, что Малина приедет меня проводить. Ждать ее я не стал. Не любил я эти проводы. Да и не время нам сейчас с ней разговаривать, не смотря на то, что очень хотел ее увидеть. Невероятно сильно хотел! Но сдержал свой порыв рвануть обратно, когда уже прошел таможенный контроль самым первым. Сидя в самолете, я не сводил глаз со здания аэропорта, чувствуя, что она там.
Облокотившись о спинку кресла, я чаще обычного задышал, чувствуя, что воздуха не хватает. Запустив пятерню в волосы, потеребил их, пытаясь успокоиться и выровнять дыхание. Даже не заметил, как пролетел час, и ко мне подошла стюардесса, попросив пристегнуть ремень.
Я смотрел в окно, нервничая еще больше, когда самолет тронулся с места. Прикусив указательный палец, я напрягся всем телом, ощущая себя будто в вакууме. Выхода нет. Нужно лететь.
Если бы ты знала, как я хочу к тебе.
