Она не поняла подтрунивания и начала сокрушаться, что так много клещей в наших лесах никогда раньше не было, а теперь их несметное количество, и откуда они берутся? Выдержав паузу, она сообщила, что есть секретный доклад ФСБ, и в нем говорится, что клещей над нашей территорией американцы…
– Это всем известно, кроме вас. Со спутников рассыпают.
Я представил себе, а может быть, мне даже приснился, но приснился очень уж явственно, медленно плывущий над территорией нашей РФ американский спутник, из которого, преодолевая невесомость, сыплются на землю тучи мелких клещей. Когда я в очередной раз проснулся, или мне показалось, что проснулся, Зинуля уже рассказывала Варваре что-то о себе. О том, что она фельдшер опытный. Может оказать первую помощь при инсульте, инфаркте, аппендиците, холецистите. Может сделать укол, искусственное дыхание, непрямой массаж сердца и принять роды. В «Скорой помощи» работать трудно, но приходится. На зарплату мужа с двумя детьми не проживешь, хотя зарплата немаленькая. Спасибо нашему Перлигосу. Он о народе заботится, зарплаты регулярно повышает, но торгаши задирают цены, и зарплаты все равно не хватает.
– А муж мой, знаете, где работает?
– Где? – спросил я, или мне приснилось, что спросил.
– Ой, – спохватилась она, – а я вам не скажу. Я пожал плечами (или приснилось, что пожал).
– Не скажете, и не надо. – Мне показалось, что своей равнодушной сговорчивостью я ее разочаровал.
– Нет, вы знаете, – поправилась она, как бы извиняясь, – я бы вам сказала, вам лично, тем более что «Зимнее лето», но не имею права.
– Ну не имеете, не говорите.
– Но вам же интересно. Вы, наверное, думаете, где же это у нее муж работает, если она не может об этом говорить.
Я, честно сказать, больше думал о клеще, чем о ее муже и его месте работы. Но заметил:
– Если он у вас в ФСБ работает, мне это совершенно неинтересно.
– Вот я так и думала, что вы подумаете, что в ФСБ. Это все так думают. Как скажешь кому, что муж на секретной работе, так сразу, ах, да, ну понятно, ФСБ. А он вовсе и нет. Вот если б вы заинтересовались, я бы вам не сказала, потому что, если кто интересуется, значит, может, не зря, может, он американский шпион. Или китайский. Да сейчас и хохляцкий может быть. Так я вам скажу, но между нами. Он в птичнике работает.
– В птичнике? Кур разводит?
– Кур, – сказала она со смешком. – Таких кур, что, если бы вы узнали, вы очень бы удивились.
– А чему там удивляться, ну куры как куры, наверное. Или они какие-то особые?
– Вот именно что особые. Вот с такими крыльями, – она раскинула руки в стороны, – и с таким вот клювом, – одну руку приткнула к носу, другую вытянула во всю длину.
