Животное почти не знало русского языка и лопотало такую ересь, что таджики из "Нашей Раши" просто рядом не стояли.
Приписывали ему какую-то дичь : ограбление квартиры с использованием "предмета, похожего на автомат АК-74" в качестве оружия и ограбление женщины с использованием "предмета, похожего на пистолет"
Откуда у арбузника пистолет, а тем более "Калаш" - понятия не имею.
Есть вариант, что менты его просто накручивали.
Попытка примостырить хача к чему-нибудь полезному потерпела фиаско.
Абсолютно ни к чему не годен.
На дороге стоять - русского не знает.
Хату убирать - так ещё грязнее становится.
Посуду мыть - чай потом как бульон.
Лекс срывался, пиздил обезьяну так, что шерсть по хате летала.
Чёрные поначалу пытались Ибрагима защитить и подтянуть, но поняли, что бесполезняк.
Этот имбицил был даже тупее Петровны.
Единственный зафиксированный случай проявления какого-то мыслительного процесса произошёл с ним, когда он проебал свою жопу.
-Ты утром подметал? - спрашивает его Лекс.
-Падмиталь, падмиталь - радостно кивает Ибрагим.
-А хули пятак грязный? Ты меня наебать хочешь, что ли?
-Неть, ни хачу, падмиталь, падмиталь!
-Жопой ответишь?
-Атвечу!
-Значит, если ты пятак не подметал, то я тебя в жопу ебу?
-Ипёшь, ипёшь - азер лыбится во всю пасть.
Лекс будит бодрствовавших утром и в течении пяти секунд раскрывается ложь.
Вмешавшиеся смотрящие остановили противоестественный акт мужеложства до дальнейшего разбирательства.
Ибрагимка же как-то умудрился швырнуть маляву не кому-нибудь, а самому Джубе, смотрящему по централу.
Кавказоиды впряглись за его мохнатую попку и Лекс остался без наложницы =)
-Ты - малолетка? - с недоверием спросил Хилл, когда менты пропихнули в тормоза здоровущего парня, бритого наголо.
-Да - густым басом ответил тот - мне шестнадцать.
-Ни хуя себе! - дружно охуела хата.
Слава Зот реально поражал габаритами.
Мясной фанат, он продавал на рынке пиратские кассеты, а вырученные деньги вкладывал в раскачку своего туловища.
Получалось это у него неплохо =)
Приняли Славу за звеское избиение сразу трёх человек.
После какого-то матча Зот возвращался домой и сцепился с мужиком.
Что именно ему не понравилось изначально, Зот уже не помнил…
Воспроизвёл лишь финальный аккорд :
-Спрашиваю его, ты откуда? - рассказывал Слава о мужике - Тот отвечает - "Из Оренбурга". Я ору "Из Оренбурга?!!!" и бью ему в пачку.
-Зот, а чего ты Оренбург-то не любишь?
-А хрен его знает.
Смешного, конечно, мало : после одного-единственного наебка мужик впал в кому.
Два других потерпевших отделались телесными повреждениями различной тяжести и распрощались с частью имущества - один потерял часы, когда пытался остановить Зота ударом в морду, второй лишился дублёнки когда от Зота убегал.
Силища у Славы была неимоверная - семь человек на нём висло, а он их без особых усилий таскал, руки связывали верёвками, толщиной с указательный палец - рвал.
Что с ним стало после моего откидона, к сожалению, не знаю - связь утратилась : Зота перевели с централа, пока дошло первое моё письмо.
С ним я по-настоящему сдружился.
Он оказался единственным человеком, которого я мог без всяких оговорок назвать другом.
Мы с подельничками были лишены возможности общаться друг с другом лично - видеть парней мне удавалось лишь когда выводили на прогулку.
Коротко перебросился с ними приветствием, получил поджопник от "пупка"(мента тюремного) и попиздовал в захарканый зековскими соплями дворик.
Вообще, прогулки мне не очень нравились - минут десять блуждаешь по мрачным коридорам централа, исполняя команды "Стоять", "Руки за спину, блять" и "В пол смотри, сука", получаешь тычки и поджопники и всё ради сомнительного удовольствия попастись пятнадцать минут на пятачке 5х10 м2, сплошь зашкварённом туберкулёзной слюной, да полюбоваться на небо в клеточку.
И потом десять минут обратно.
Не айс, однако.
Пожать же друг другу руки первый раз мы смогли только во время поездки на изменение меры пресечения.
В дикой холодрыге вхлам убитого мусорского "Уаза" я заметил, как изменился С.
До заключения он был этаким правильным обывателем - не пил, не курил, после 9-ого класса пошёл работать автослесарем - матери помогать надо было : С. рос без отца.
Качался дома, боксом занимался - кулачины были набитые, запросто разбивал ими деревянные ящики, колол бутылки.
С девушками, вопреки пролетарскому происхождению, был скромен, учтив и галантен.
Никогда не давал себя в обиду, не признавая никаких авторитетов - если его задевали, лез в драку.
Всё равно, кто был оппонентом - КМС по боксу, главный местный отморозок, пьяный ВДВ-шник или кто угодно другой.
Даже если заведомо знал, что не одержит верх - всё равно упрямо шёл и бил ебало.
Получал, бывало, но супостаты редко хотели повторения драки.
Кроме одного - полного уебана, ныне представляющего собой полуразложившийся живой труп : у чувака ВИЧ и туберкулёз в последней стадии, последствия наркомании и скитания по зонам.