«Экипаж «Глорьез» — двадцать два рыцаря, дюжина морских офицеров разных специальностей, две сотни солдат, пушкарей и матросов. В движение галеру приводит шиурма — команда гребцов из 265 человек. Это по большей части рабы — турки, берберы и негры, а также форсаты — преступники христиане, приговоренные к работе на галерах. Их узнают по обритой голове, пучку волос на макушке. И тех и других держат прикованными к скамьям.
В шиурму входят также беневоли — добровольцы христиане, которые продают самих себя на галеры за двадцать пять экю. Орден одевает их и кормит. Голову беневолям бреют, но разрешают носить усы. Когда галера в море, добровольцев тоже сажают на цепь, чтобы «добрая воля не покинула их в решительный момент».
Есть еще пас-воланты, то есть вольные гребцы, нанявшиеся на определенный срок. На цепь их не сажают, к скамьям не приковывают. Во время сражений пас-волантам нередко раздают оружие, и они храбро бьются с противником.
Самые ценные гребцы — турки. Это сильные, выносливые люди. Их покупают и продают за немалые деньги на невольничьих рынках Средиземноморья, ставят старшими на веслах. Привилегия турок — носить усы и курить трубку.
Шиурмой управляют с помощью свистков. Услыхав команду капитана Аллара, комит Маврос дает условный свист. Его повторяют сукомиты, стоящие посредине и на баке галеры. Свистки бывают низкие по тону, высокие, переливчатые, прерывистые. Комит и его помощники — великие мастера по этой части. И вот уже паламанта — все весла галеры дружно бьют воду.
Весла на «Глорьез» длиной в шесть сажен. Они обиты над уключинами толстыми плахами. И служат не только для гребли. По наклоненным к воде веслам на галеру втаскивают каик — шлюпку. Это сложный и опасный маневр.
Судьбе галерников не позавидуешь. Кормят их скудно. Суп, рис или овощи раз в два дня. В остальное время сухари или черствый хлеб с подсоленной водой. Спят галерники на скамьях и на полу между скамеек, на веслах. Когда это можно, над шиурмой растягивают «для тепла» огромный парусиновый тент. А нет, так приходится ночевать под открытым небом, порой под ветром, дождем и градом. В море галерники долгими часами работают на веслах. А в порту бедняг заставляют выносить на берег балласт, промывать его и вновь спускать в трюм, таскать бурдюки и бочонки с водой, сушить и разминать канаты. Днем нет покоя от комитов и аргузанов, а ночью заедают блохи, клопы. И ни пошевелиться, ни почесаться. Звякнет цепь, разбудит рыцаря — и виноватому зададут такую порку, что он света не взвидит.
При заходе в порты Франции, Италии и Сицилии на галерах Ордена изредка устраивают приемы с буфетами, балы и концерты. Капитан, рыцари и офицеры встречают визитеров в парадной форме. Солдаты держат мушкеты «на караул». Едва дама или месье ступят на палубу, шиурма приветствует их заунывным хриплым возгласом. Важным персонам салютуют двойным возгласом: «Хо-хо!» А адмирала, герцога и короля встречают тройным возгласом «Х-хо-хо!» Рассыпают дробь барабана.
Осмотрев галеру, дамы и господа усаживаются в кресла. Слуги разносят сиропы и пирожные, а комит развлекает визитеров «маневрами» шиурмы. При первом его условном свистке галерники встают, при втором снимают колпаки, при третьим — куртки, при четвертом — рубахи. Далее ставят ногу на приступок, берутся за поручень весла, опускают лопасть в воду, подымают ее. Всего восемнадцать приемов. Затем все повторяется в обратном порядке.
За «маневрами» порой следует «обезьянья игра», которую особенно ненавидят галерники. Их заставляют спрятаться под скамьями, высунуть палец, руку, голову, ногу, обе ноги, встать разом на своих местах, открыть рты, кашлянуть, обняться, сесть друг на друга. Беднягам велят принимать множество нелепых и непристойных поз. Это веселит подгулявших визитеров, но приведет в ужас честного человека. На корме смех и веселые разговоры, льется вино рекой. Играют музыканты. И все это на виду у галерников. Хоть большинство их и бусурмане, не по-христиански все это».
