Добежав до главной двери, я рывком распахнул ее. И сейчас же в нос мне ударил запах, заглушив на миг даже ржание перепутанных лошадей.
Дым.
Огни Преисподней, будь все проклято!
— Пожар! — заорал я что было силы. — Пожар! Пожар! Пожар! — снова и снова.
Я понятия не имел, что случилось с работником, который обычно спал в этом сарае, но времени на раздумья не оставалось. Дым шел из дальнего стойла слева. На бегу скинув плащ, я отбросил засов и, широко распахнув дверцу стойла, попытался накинуть плащ на голову Буяну, лучшему нашему жеребцу, одному из основателей всего нынешнего поголовья хадронских лошадей. Он был страшно напуган и шарахнулся от меня, в ужасе выгибая шею и сопротивляясь моим усилиям. Я заговорил с ним — как можно спокойнее, зная, что времени у меня в обрез: нужно ведь было вывести и остальных лошадей, а их было немало. Мне удалось накрыть ему морду плащом, и жеребец — хвала Владычице! — тут же остепенился и зашагал следом за мной к выходу.
Я был даже несколько удивлен, обнаружив, что во дворе полно народу: каждый торопливо выводил лошадей наружу. Я остановил одного из наших молодых конюхов, пробегавшего мимо.
— Рэб, скорее, отведи Буяна на выгон, и всех остальных тоже! Да проследи, чтобы натаскали воды — затушить огонь.
Я не стал выслушивать его ответ, а сейчас же помчался назад в конюшню, сквозь дым, к следующему ближайшему от огня стойлу.
Когда я услышала, как Джеми во всю глотку кричит «Пожар!», я живо вскочила с постели, не успев даже понять, что происходит. Спала я одетой — мы были готовы к подобной неожиданности — и кое-как умудрилась напялить сапоги. Схватив плащ, я кинулась наружу. Вариен оказался менее расторопным и не поспел за мной, совершенно не уразумев, при чем тут огонь и что происходит с лошадьми.
Хотя я спустилась за считанные мгновения, весь двор уже был полон работников. Одни таскали воду и мочили тряпки, передавая их другим, которые накрывали ими головы лошадей, оберегая глаза и ноздри. Лошади в ужасе заходились ржанием, и я сама закашлялась, когда, схватив мокрую тряпку, вбежала в конюшню.
Огромные серые клубы дыма собирались вверху, расползаясь вдоль крыши, озаряемые отблесками пламени. Казалось, огонь распространяется по сеновалу с быстротой человеческих шагов.
Когда я проходила мимо одного из работников, тот крикнул мне:
— Она не хочет, Ланен! Тень не хочет выходить!
— Тогда оставь ее и спасай остальных! — прокричала я. Наугад открыв одно из стойл, я столкнулась с Огнем, мерином, который принадлежал Джеми. Нимало не раздумывая (в этот миг я вообще слабо соображала), я накинула ему на глаза мокрую тряпку, называя его по имени и изо всех сил стараясь, чтобы голос мой звучал спокойно и естественно, и попыталась без суеты вывести его наружу. К моему величайшему облегчению, он последовал за мной. Выбравшись на свежий холодный воздух, я услышала, как Джеми кричит, чтобы всех лошадей отводили на выгон. Тогда я схватила подвернувшуюся под руку служанку, которая была не у дел, и велела ей отвести туда же Огня. Она ничего не ответила, но, кажется, рада была хоть чем-то помочь.
К этому времени во дворе было уже довольно много лошадей, однако еще не все. Далеко не все. Предусмотрительно стащив тряпку с морды Огня, я вновь кинулась в конюшню.
Внезапно слух мне взрезал истошный крик лошади. Я попыталась пробраться в ту сторону, но пламя было слишком жарким, а сверху, с сеновала, начали падать горящие куски. Мне сделалось дурно: от запаха жженого конского волоса и паленой плоти меня начинало тошнить. Но слезы лить было некогда. Я была уже у соседнего стойла, пытаясь совладать с Безумной Салли, одной из наших племенных кобылиц, которая никак не желала выходить. И тут вдруг услышала нечто такое, от чего пришла в полнейшее удивление. Лишь спустя какое-то мгновение я поняла, откуда доносится этот голос.
Это был Вариен. Внутренний его голос был спокоен и разливался широко: он обращался к лошадям на Языке Истины! Он не использовал слова, только чувства: убеждал их успокоиться, образумиться и давал понять, что снаружи они будут в безопасности, если доверятся людям, которые пытаются им помочь, и последуют за ними.
Я не вполне уверена, но это, похоже, помогло. Безумная Салли успокоилась и даже позволила накинуть на себя недоуздок, после чего последовала за мной, все еще объятая страхом, но уже не упираясь. Я провела ее к выходу как можно быстрее и там передала повод Тэму, одному из молодых работников. Каждый обитатель поместья прилагал все усилия, чтобы спасти как можно больше животных, но где-то внутри я чувствовала, что огонь разбушевался не на шутку, и если нам удастся вывести еще хоть немного лошадей, это будет просто чудом. Разве что Владычица пособит.
