Сажусь к нему близко. Мужчина не претворяется. У него жар и ему очень плохо. Кое-как перекладываю голову с подушки на свои колени. Естественно, я без белья, но очень надеюсь, чтоглавгадова футболка, надежно прикрывает, и не выдаст моего грязного секретика. Отпаиваю свое чудовище. Он с жадностью осушает весь стакан. Приоткрывает один мутный глаз.
— Мама в детстве спиртом растирала… — то ли просит, то ли бредит он.
Ну нет… я же не буду этого делать! Мне еще вон отчеты писать. Или…
Бутылку со спиртом отыскиваю довольно быстро. Пить никому не советую, даже порицаю, а вот как средство для внешней растирки, вполне годно. Кажется. Я далека от медицины. Но на какие только эксперименты для дорогого босса не пойдешь?! Беру бутылку и носовой платок.
Обильно смачиваю кусок ткани. Откидываю полог пледа. Сергей Валерьевич бледный как бумага, а щеки его красные в лихорадке. До тела дотронуться страшно — до чего он горяч! И не от мужской своей силы и темперамента горяч, а тупо из-за температуры.
Беру его за сильную, длинную мускулистую руку.
— Холодно… — сипит босс.
— Терпите, Сергей Валерьевич, — не без удовольствия от его страданий заявляю я. — Мне вон рожать скоро, я и то не так боюсь…
— Женщина создана, чтобы рожать! — так же сипло заявляет главгад. — Это — не больно. Вы, женщины, претворяетесь много, чтобы мы, мужчины, жалели вас и обеспечивали всю жизнь!
Ах ты ж сволочуга шовинистская! Моему возмущению нет предела. Ах, мы претворяется?! А как вам холодным спиртиком, да по разгоряченной коже?!
— Пщщщ… — шипит нечто, когда я прикладываю мокрый платок к главгадской конечности. Неужели и правда пар пошел?!
— О-о-о… — весьма эротично стонет босс. — Пщщщщ…
А нет, все в порядке, это он ртом так шипит. Холодно ему, видите ли.
Ух, какая сладкая, холодная, нет, не просто холодная, а ледяная месть за все его гадости! В прямом и переносном смысле.
Со злорадством принимаюсь за вторую руку.
— А-у-ы… А-у-ы… — постанывает мужчина.
— Терпите, Сергей Валерьевич! — хмыкаю я, — мы всего лишь детей рожаем по двенадцать часов, а вы минутку растирания пережить не можете? Ну же, соберитесь!
Открываю его ноги. Сильные. Мускулистые. Накаченные. Поросшие темным курчавым волосом. Где-то слышала, что на волосяной покров мужчины очень влияет его темперамент. Или на оборот. Не знаю, но в этом есть какая-то связь. В общем, Сергей Астафьев, при всей его напускной сдержанности о-го-го какой, в плане темперамента!
Растираю его ноги. Мужчина, пристыженный мною, тихо терпит, лежа лицом в подушку. Решаю, что хватит над ним издеваться. Закутываю снова в плед.
— Сейчас должно отпустить. — опускаю руку на его лоб и дарю несколько успокаивающих ласк.
Сергей, не смотря на то, что ему очень плохо и холодно, вытаскивает свою ладонь, и накрывает ею мою.
— Спасибо… — тихо говорит он, не открывая глаз.
Ого! Это что получается? Я от главгада благодарности дождалась? Да ладно! Да не может того быть! Прямо сто очков ему в карму за это!
— Спите. — осторожно забираю я свою руку и тихо выхожу из комнаты.
Доброе слово и кошке приятно. А мне… хочется сделать для него что-то приятное… например накормить. Что едят занедужившие люди? Свежий горячий куриный бульончик! Вот этим и займусь, пока дорогому боссу легчает от растираний с каждой минуткой.
Нахожу в его холодильнике замороженную тушку курицы. Готовить я умею и люблю. А в приготовлении бульона из птицы нет ничего сложного. Непроходит и часа, как вкусное кушанье готово и благоухает нежными специями и свежей петрушкой, которую я добавила для цвета и аппетита.
Несу полную тарелку для дорогого босса. Он спит. Но тут же открывает глаза, когда его носа достигает неземной аромат полезного супчика.
— М-м-м… можно? — спрашивает он мило и очаровательно.
— Конечно, для вас готовила! — улыбаюсь я ему.
На время лечения главгада я даже готова присыпать песочком топор войны и насладиться минутным перемирием.
Сажаю его в подушки. На подносе подаю бульончик. Босс наворачивает мой суп с аппетитом. Как же чертовски приятно на это смотреть! Раньше, когда я еще была влюблена в Федю, я так же залипала на то, как он уплетает мои борщи и котлеты. Теперь же я испытываю похожее удовольствие от того, что главгад наслаждается моей едой.
— М-м-м… вкусно, — сыто мурлыча отдает он мне тарелку. — В каком ресторане заказывали?
— Всмысле заказывала?! — берет меня оторопь от такого дичайшего предложения. — Сама сварила!
— Сама сварила? — вот Фома неверующий. — Не думал, что вы можете готовить.
А вот теперь мне очень, прямо до чесотки в ладонях хочется эту самую тарелку ему на голову одеть!
— Тем не менее это так! Взяла ручками курочки, налила воды в кастрюлю и…
Встаю, чтобы отнести грязную посуду на кухню. Но босс ловко ловит меня за руку. Сжимает ее.
— Мне уже никто сто лет супов не варил. — вдруг признается он. — Не уходи, Марьян, пожалуйста.
— Но мне посуду бы…
— Подождет посуда. Не уходи. Иди сюда. Просто полежи рядом со мной. Очень тебя прошу!
Я — дебилка.
Ага.
Поздравьте меня…
Все просто «у мамы дурочки», а я — королева дур!
