Первые недели Дашиной жизни были для меня очень трудными. Опыта ноль, казалось, что ничего не получается. Пронзительный детский плач, поначалу нерегулярный и совершенно непонятный, измотал всю душу. Кутерьма с газоотводными трубками, чаями, лекарствами, прыщами и содержимым подгузников лишили последних сил.

Трещины на сосках и подозрение на нехватку молока заставляли выть от отчаяния. Слезы постоянно застилали глаза…

Слинг? Слинг… Слинг!

До родов я думала, что поначалу малыш все время спит и не доставляет маме особых хлопот. Просыпается только, чтобы покушать и переодеться, и снова впадает в спячку. А все мамины проблемы сводятся к налаживанию лактации и привыканию к нерегулярному сну. С Дашей я быстро поняла, какой была идеалисткой.

Дочка – в принципе, спокойный и некапризный ребенок – вела себя совершенно непредсказуемо. Могла, например, раз-два в день вообще не спать в течение 2 – 3 часов (хотя во всех книжках написано, что максимальный период бодрствования у детей первого месяца жизни – 1 час), и все это время постоянно требовала внимания. Поскольку лежать в кроватке она не хотела и всячески это показывала, приходилось брать ее на руки и ходить по квартире.

...

Очень может статься, что поначалу вы с малышом, как и прежде, будете единым целым. Все время вместе, кожа к коже, щека к щеке (первые три месяца жизни иногда называют четвертым триместром беременности, когда малыша тоже нужно вынашивать, но уже на руках). Родив Дашу, я оказалась совершенно не готова к роли мамы-кенгуру, которая везде таскает с собой детеныша. Подготовьтесь к этой роли! Это невероятно важно – и для гармоничного развития ребенка, и для обильной лактации, и для ощущения себя как матери. Я жалею, что поняла это не сразу.

Носить Дашу на руках мне было тяжело не столько физически, сколько морально. Я совершенно не знала, сколько времени придется вот так ходить: час, полтора, два. И не могла дождаться, когда же Даша заснет, и я смогу, наконец, заняться собой, домашними делами, прилечь отдохнуть (а вот не нужно было ждать, «когда же она заснет», нужно было учиться полноценно жить с бодрствующим ребенком на руках и делать какие-то посильные дела вместе с Дашей). Причем длительное путешествие по квартире у мамы на плече совершенно не гарантировало последующего долгого сна. Ребенок мог задремать минут на сорок, а я за это время успевала только перевести дух да попить чай…

Именно это незнание, «что день грядущий нам готовит», постоянное напряжение, невозможность отдохнуть именно тогда, когда силы на исходе, окончательно выбили меня из колеи. Вместо того чтобы наслаждаться общением с ребенком, я мечтала лишь о том, чтобы поскорее уложить ее спать, и страшно нервничала. Особенно меня трясло, когда я только-только приняла горизонтальное положение, надеясь на небольшую передышку, а дочка уже проснулась. Я думала, что сойду с ума. Пыталась подавить в себе негативные эмоции, стыдилась их, считая, что хорошая мать ничего подобного испытывать не может. И это только усиливало мое отчаяние.

...

Моя дочь на самом деле вела себя абсолютно правильно. Жизнь у мамы на руках – одна из важнейших потребностей только что родившегося человечка, поскольку он ощущает ее и себя единым целым. Новорожденные детки – маленькие мудрецы, они точно знают, что им нужно (постоянно чувствовать тепло мамы, прижиматься к ее телу, слушая знакомый стук сердца, знакомиться с миром не через зарешеченный бортик кроватки, а с высоты маминого роста). И подсказывают это своим родителям.

Моя ошибка заключалась в том, что я не купила слинг. Он бы меня просто спас. Слинг вообще вещь уникальная. Он не только обеспечивает постоянный телесный контакт мамы и малыша, который так необходим им обоим – он дает маме СВОБОДУ (свободные руки, возможность заниматься домашними делами, работать на компьютере, читать-писать-вышивать, ходить по магазинам, в гости, в музей).

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги