В трубке раздавались длинные гудки – сын снова не брал трубку. София Павловна понимала, что он занят на работе, но на душе было почему-то неспокойно. Сын был уже взрослый, самостоятельный мужчина, София Павловна им вполне себе гордилась. Закончил экономический, работает в приличной фирме в сфере сельского хозяйства, женат, недавно вот стал отцом. Роды прошли не очень гладко, и невестка с ребенком три недели пролежали в детской больнице и совсем недавно выписались и вернулись домой. София Павловна не то, чтобы была большой любительницей маленьких детей, но к внучке все же прониклась нежными чувствами и испытывала большое желание помогать молодым родителям, однако, невестка не слишком спешила приглашать ее в гости, и за те пару недель, что она была дома с малышкой, Софию Павловну приглашали всего один раз.
Сын говорил, что жена устала и не хочет гостей дома, что ей нужно отдохнуть и восстановиться после беременности, родов, больницы. София Павловна не настаивала – она привыкла уважать чужие личные границы, но ей все же казалось, что невестке нужна помощь, ведь сын был на работе с утра до вечера, дома – только по выходным, а новорожденный ребенок, она помнила это очень хорошо, требовал бесконечной заботы и внимания. Поэтому София Павловна регулярно звонила сыну и невестке, чтобы узнать, как дела и не нужно ли чего.
Обычно невестка отвечала на ее звонки, хотя и разговаривала словно нехотя. София Павловна не принимала это слишком близко к сердцу – и до рождения ребенка у них не сложилось близких отношений, и, кажется, они обе к этому не стремились. Но сегодня София Павловна звонила с утра уже несколько раз, время шло к 4 часам дня, а невестка так и не отвечала и не перезванивала, поэтому она пыталась дозвониться сыну, но тот тоже не отвечал. Никаких объективных причин для беспокойства не было, но София Павловна почему-то никак не могла успокоиться и отвлечься на какие-нибудь другие дела. Наконец, она потушила окурок в пепельнице и вернулась в комнату. Гостиная была хорошо обставлена, в ней был дизайнерский ремонт и подобранная в тон стен мебель. Стены украшали картины современных художников – София Павловна увлекалась искусством. На многочисленных полочках покоились сувениры и артефакты из самых разных стран – их обладательница любила путешествовать и объехала, наверное, полтора-два десятка стран.
София Павловна поняла, что не может больше медлить, она быстро переоделась, взяла сумку, ключи от машины, телефон и вышла из квартиры. Закрыв за собой дверь, она направилась к лифту. Пока она ждала лифт, мимо нее прошла соседка. Женщины поздоровались.
– Здравствуйте, София Павловна, как поживаете?
– Здравствуйте, Наталья Леонидовна, все хорошо, спасибо, как у вас?
– Да тоже прекрасно, спасибо. Прогуляться собрались? Погода чудеснейшая.
– Поеду сына проведать, – ответила София Павловна, и в эту минуту подъехал лифт, – всего доброго, Наталья Леонидовна.
София Павловна вошла в лифт и нажала кнопку 1 этажа. Их дом считался элитным, все соседи сплошь и рядом были или бизнесменами или работали в городской администрации, поэтому все всегда были подчеркнуто вежливы друг с другом. Самой Софии Павловне принадлежала небольшая сеть из трех магазинов игрушек, которую они создали вместе с мужем. Супруг, Дмитрий Борисович, умер три года назад, и она продолжала вести дела самостоятельно. К счастью, бизнес был налажен и не требовал постоянного участия, поэтому София Павловна стала активно путешествовать, с одной стороны, это помогло ей отвлечься от смерти мужа, с другой, позволяло находить новые идеи для магазина – во всех своих поездках она посещала магазины игрушек и черпала там новые идеи для ассортимента своей сети. С тех пор как невестка забеременела, София Павловна поймала себя на мысли, что, каждый раз, видя новую понравившуюся ей игрушку, она представляет, как подарит ее внуку или внучке.
Сестра Софии Павловны Антонина жила в Германии – она перебралась туда давно, еще в молодости, вышла там замуж за немца, родила и вырастила троих детей и постоянно звала сестру переехать к ней, но та никак не могла решиться. С одной стороны, ее тянуло переехать за границу в спокойную сытую Германию, с другой, ни муж, ни сын не рвались – они не представляли себе жизни в другой стране. Когда Дмитрий Борисович умер, сестра стала звать еще активнее, мол, сын уже взрослый, у него своя жизнь, никто тебя теперь не держит, но София Павловна все никак не могла решиться. Она часто ездила к сестре в гости, присматривалась районам и квартирам и даже загородным домам – продав бизнес в России, вполне можно было бы позволить себе небольшой домик в пригороде Берлина, но принятие окончательного решения она все откладывала. А потом сын объявил, что жена ждет ребенка, и София Павловна переключила свое внимание на семью сына.
