Чуть позже я разобрался в своих чувствах: мы так когда-то привыкли к большим цифрам -- нередко дутым, -- к гигантизму, многолюдству, переполненности, другим невеселым несуразицам, что уже в скромном, малом не видим значимого.
Ну и что же, что три? Во-первых, это начало. Во-вторых, кто сказал, что такие школы, в которых готовят работников индивидуального хозяйствования, должны быть большими, людными? Да и вообще, что за воспитание в многолюдстве, толкотне? И я склоняюсь к мнению, что в Батаме стоящий вариант наполняемости фермерской группы. И уже радуюсь: хорошо, что мы начали с троих! Неспроста говорят: Бог любит Троицу.
А к фермерству, к крестьянскому труду в школе, к слову, готовят всех детей, а не только этих восьмерых. Все ученики объединены в бригады. Создается учебно-фермерское хозяйство, в которое войдут столярный цех по производству мебели, туесов и других предметов народных промыслов, кроликоферма, пасека, пруд. И -- сад. Яблоневый сад.
Да, тот самый сад, который заложили волынские и харьковские поселенцы. Он заросший, неухоженный, яблоки, говорят, рождаются очень кислые --выродились.
Напоследок я пришел в сад. Он отгорожен от мира забором, -- ему, наверное, одиноко. Ветер качает веточки. В округе тихо-тихо. Но где-то в стороне заговорили мужики, и я хочу сказать им:
"Тише. Сад спит. Ему надо набраться сил. Ему скоро придется много работать с людьми и для людей".
И хочу сказать саду:
"Потерпи еще немного. К тебе скоро придут новые хозяева, и твои яблоки снова будут сладкими и желанными".
Но сад спит. И я ухожу молча.
УРОД НАГРЯНУЛ
Долго и неспокойно размышлял, можно ли назвать словом "мульткультура" тот многоцветный, тропический ливневый поток западных мультфильмов в кино-, видео- и компьютерных вариантах, который несколько лет назад принесли ветры перемен в Россию и который буквально обрушился на незащищенные головы наших детей? Наверное, можно так широко, глобально охарактеризовать это явление современной жизни -- мульткультура, потому что она настойчиво, напористо, без роздыха пропитывает духовные, интеллектуальные запросы и капризы подрастающего поколения. Но что потом? А потом идет с ними по жизни, вгрызшись в душу, видоизменившись, утвердившись в каких-то взрослых проявлениях.
По-настоящему любящий родитель хотя бы немного, но строг со своим ребенком. А если с тем же "любящим" взыском взглянуть на то, что дети видят и слышат в мультфильмах?
Все мы, и стар, и млад, увлекались западными мультфильмами. Помнится, сначала, на заре этих непростых 90-х, было чрезвычайно интересно: "Вот они какие, мультики на Западе! Отличаются от наших, да еще как". Нередко с азартом мы смотрели многокилометровые истории о привидениях, о приключениях Тома и Джерри, о космических войнах, -- да, впечатляло, порой притягивало и даже заражало. Но в человеке, в котором надежно, умно засеяно хотя бы с десяток зерен от всегда благодатной национальной культуры, зерен лучших, высшего сорта, провеянных на ветрах исторических и личных, сбереженных от дыхания плесени или огня, в таком человеке уже на какой-то недалеко убежавшей вперед энной серии начинает в сердце закисать скука. Причем нередко начинаешь скучать так отчаянно, невыносимо, что если не дети -- щелк выключателем: "Хватит!" Но сдавливаем в себе протест, сминаем гнев и с интеллигентской старательностью начинаем обдумывать: "Как же, собственно, по-настоящему оценить то, что мы увидели и услышали?"
Да, исстари привыкли мы ко всему заморскому относиться с почтением, даже с некоторым пиететом, но вот незадача -- потянуло на гнев, на злое слово. Призадумался исторически робкий культурный российский обыватель: "Скажу что-нибудь не то да не так -- обвинят меня, назовут дураком. Надо подумать!"
Вот и думает, думает, а ливень крепчает, крепчает. Стихия разрушает дороги национальной культуры, прорывает дамбы. Где была твердь для засева зерен -- там образовалась хлябь. Пузырится болото, в котором сгнить, сгинуть зернышку.
А культурный российский человек все думает, думает.
