– О существовании опровержения постулатов классической теории магии, которое, как я и многие другие считают, и вывел Тиберий Бомон в тех самых пропавших рукописях, узнали через несколько лет после смерти последнего. Вашего предка похоронили годом ранее распространения по миру данных известий. Арчибальд не стал бы уничтожать заложенное архимагом имущество по одной причине – скрепленный магией – вряд ли Тиберий бы себя не обезопасил – договор займа под залог требовал до возврата денег сохранности имущества. Разрушение наложенных Бомоном чар вследствие собственной кончины, для вашего предка, учитывая его полную безграмотность в этом вопросе, наверняка осталось фактором неизвестным. А на вопрос о том… – Кайл приканчивает смачный кусок пирога и допивает содержимое кружки, пока мы с Пенелопой преданно ждем продолжения увлекательной истории.
– …почему никто не нашел рукописи, пускай они хранились в вашем родовом гнезде сотни лет, и почему я, простите великодушно, оказался здесь без позволения, ответ такой…
– У Арчибальда-старшего было десять детей и весьма сварливая жена, – гордо объявляет Кайл.
Я резко выпрямлюсь, оказывается, пока слушала, поддалась невольно вперед.
– А это здесь причем? – на моем лице явное недоумение.
Да уж, ответ явно превзошёл все мои ожидания.
– При том. У мужчины не было ни одного спокойного дня в этом доме. Но он нашел выход. По тайному указанию вашего предка была обустроена комната, где он мог схорониться от сварливости своей благоверной и скрыться от выясняющего постоянно отношения потомства, возлагающего на него роль арбитра. Такой вывод можно сделать из тех же записей тогдашнего дворецкого. Не случайно же Синклер пригласил зодчего, и не просто так в поместье проводился ремонт. Думаю, помимо обновления убранства и покраски стен под шумок сделались еще кое-какие изменения в планировке. Один из внуков Арчибальда подозревал о существовании этой секретной комнаты, но найти не смог.
– Думаешь, что там, в той тайной комнате, и хранятся рукописи? – едва замечаю, что перехожу с формального обращения на дружеский тон.
– Больше негде, – сверкает глазами маг-энтузиаст. – И я смог найти ее. То, что не удалось поколениям Синклеров даже в период их разорения, когда оставалась последняя надежда обнаружить в поместье клад, я смог осуществить!
Недовольно фыркаю.
– Ага. Но только если бы не помощь тех самых Синклеров, – указываю на себя пальцем: – То, где бы ты был, а Кайл? Забыл уже про цацку на своей шее? Стоило ее снять и пожалуйста, очнулся как миленький!
Мужчина отводит виновато взгляд
– Что верно, то верно.
Какое-то время мы смотрим на мерцание волшебного огня в лампе. Печенька теперь лежит у меня на коленях, засыпает. Перебираю рукой ее волосы.
– У меня тоже дочь, – прерывает тишину Кайл.
– Я знаю. Видела снимок, – киваю с улыбкой и передаю ему книгу, в страницах которой затерялась фотография семейства Вермонт.
Если честно, даже и не знаю, верить ли ему или же нет. Столько предположений без логической обоснованности. И каким образом, если именно рукописи и являются тем кладом, обогатился тогда Ник из романа? Продал их? Ветхие бумажки трехсотлетней давности действительно могут так дорого стоить?
Чего хочет от меня Кайл? У нас конфликт интересов налицо. Мужчина прилетел сюда в поисках затерянного знания, что с ним он собирался делать я не в курсе. Но по закону все это – дом и земли, эти талмуды Тиберия – тоже мое наследство. Один нашел, другой – хозяин. Вопрос: как делить это добро?
– Эрин. Это твоя собственность, я понимаю. И могу представить, как выглядел со стороны, явившись сюда без разрешения, но я очень торопился, ты представить себе не можешь, что это за находка. Я не вор и я благодарен за спасение жизни. Это по праву ваше с Пенелопой имущество, вам и решать, как с ним поступить…но хотя бы одним глазком, чтобы хватило на научную статью, позволишь поглядеть? – Кайл строит жалобную мордашку.
Смеюсь.
– Мы с тобой делим шкуру неубитого медведя.
– А? Что делим? В этой местности медведи не водятся.
– Я говорю, что мы составляем планы насчет того, чего еще нет. И вообще, может вся эта затея обернется неудачей.
Расслабляюсь. Кайл кажется приятным человеком, не лишенным манер и благородства. Но не маска ли это все? Или же таким образом он хочет меня вокруг пальца обвести?
– Потайная комната на втором этаже. В библиотеке. Сила охранных чар на входе была так сильна, что меня отбросило метров на двадцать, ветхий пол проломился под тяжестью веса и я свалился вниз туда, где ты меня и обнаружила, – мужчина указывает кивком в сторону ниши под сломанной колонной.
Вот как.
Верить мне в доброту Кайла или же нет? Вдруг все сказанное им – обман? Однако кажется, что он говорит правду. Мне это сердце подсказывает.
Маг раскрывает томик, берет в руки потускневший снимок.
– Сейчас моей дочке уже девять. Исполнилось недавно, неделю назад. А меня не было рядом. Рокси…Роксана Изабель Вермонт. Изабель в честь матери моей жены Анвен, – на губах мужчины печальная улыбка.
Со снимка улыбается девочка, у которой отсутствуют оба передних зуба.
