В моей жизни было не так уж много мужчин, но я никогда не встречалась с такими, как Андрей. Он был сильным, влиятельным, бесспорно, но только сейчас передо мной стоял совершенно другой человек… И это проявление слабости и его откровения почему-то добавляли ему очков мужества в моих глазах.
Я взяла его за руку, как и вчера, завела в квартиру и закрыла дверь.
– Сейчас что-нибудь приготовлю. Мы поужинаем, и я постелю тебе в гостиной.
Я развернулась, чтобы направиться на кухню и вытащить кусок мяса из морозилки, но он поймал меня за руку и притянул к себе. Вжался сухими и жесткими губами в мой рот. Если мы будем заниматься с ним любовью в каждой стрессовой ситуации, то это может войти в привычку. Но сейчас я так же, как и он, нуждалась в этой близости.
– Павел, завтра в семь утра заберешь меня от Ангелины, – Андрей оторвался от меня, чтобы сделать звонок водителю.
Положил телефон на комод в прихожей и взял мое лицо в руки, смотря проникновенным взглядом в глаза.
– Ты ведь не против, если я останусь до утра?
Я покачала головой.
В мои планы не входили отношения с этим мужчиной, и я не собиралась отказываться от работы экономиста в его компании. Это все были опрометчивые шаги, но впервые в жизни, принимая все эти решения, я руководствовалась не здравым рассудком, а чувствами. И отчасти это было для меня очень тяжело, но и в то же время так прекрасно. Мое сердце бешено колотилось сейчас в груди, а когда Андрей сжимал меня в своих руках и целовал глубокими и страстными поцелуями, я растворялась в нежности, которую чувствовала к этому человеку.
– Я не могу сейчас предложить тебе отношения и сказать, что в будущем у нас будет что-то серьезное, потому что не знаю, что будет завтра, – прошептал он, смотря мне в глаза.
Все я понимала, что влечение и страсть между нами – это еще не гарантия того, что потом мы будем вместе. Только я еще ни к одному мужчине не испытывала такого сильного чувства. Но в чем-то была согласна с Андреем. Нам еще рано говорить и думать о будущем. На данном этапе отношений и с учетом ситуации с Ником – это было лишено всякого смысла.
– Я ведь и не прошу ничего, – подняла руки и положила их ему на грудь. На его лице застыло выражение муки. Он ничего не ответил, прижался губами к моему рту и подхватил меня на руки.
Отнес в спальню и поставил на ноги возле кровати, медленно снял с меня всю одежду, и каждый раз, когда задерживал на мне взгляд зеленых глаз, мое сердце сжималось в груди и пропускало удар. Так еще никто и никогда на меня не смотрел. Андрей взял меня за запястья и положил мои руки себе на грудь. Тем самым показывал мне, чтобы я сама раздела его? Вчера все между нами случилось так стремительно и неожиданно, а сейчас все было иначе. Я чувствовала, как Андрею было больно. И даже несмотря на то, что внешне он оставался таким же, как всегда, в глубине его глаз тлела мука.
Я сняла с него пиджак, расстегнула рубашку и коснулась губами твердой и мускулистой груди. Кожу на кончиках пальцев покалывало, когда я к нему прикасалась. Я стояла перед ним практически голой и дрожала от того, сколько разных чувств и эмоций вызвал у меня этот человек. Андрей обнял меня за талию и опрокинул на кровать. Его губы ласкали кожу, руки нежно гладили тело, а я подумала о том, что хочу Андрея в своей жизни не только на эту ночь, а на более длительный отрезок времени. Каким бы ни был трудным этот путь.
Мы лежали в кровати, я выписывала круги на его груди и молчала. Подняла голову и, обнаружив, что он не спит, первой нарушила молчание и спросила:
– Знаешь, я собиралась загуглить про тебя, чтобы хоть немного узнать побольше, но... – осеклась и снова бросила на него неуверенный взгляд.
– Но? Почему этого не сделала?
– У тебя и у Ника совсем нет родственников? Его бабушки, дедушки… Родственники жены, в конце концов? Неужели вы с Ником совсем одни?
– У Ника никого нет кроме меня. Хотя... есть Мария Сергеевна. Это сестра моей матери. Она живет в Рязанской области. Она уже древняя старуха, выжившая из ума. Мать Алины умерла год назад. Не выдержала такого горя и смерти единственной дочери. Мои родители... – выдохнул он. – Их я почти не помню. Они погибли, когда мне было пять. Поэтому я не располагаю большим количеством родственников.
– То есть ты не всегда был обеспеченным человеком?
– Всегда. Я не был стеснен в средствах. Мои родители были обеспеченными людьми и оставили мне небольшое наследство. Когда мне исполнилось восемнадцать, я продал квартиру родителей и уехал в Москву.
– А экстрим? Те фотографии в твоем доме...
Он слабо улыбнулся, а его лицо посветлело.
