– Она не смогла со мной встретиться, была на процедурах, мы говорили по телефону и договорились о встрече на днях. Ее беременность под угрозой, процент того, что ребенок, которого она родит, и он сможет стать донором костного мозга для Ника, очень низкий. Куда больше шансов, если это был бы единокровный брат или сестра, но даже в этом случае гарантий нет.
– Но Алина... Ее ведь нет...
– Да. Будь она жива, мы бы обязательно родили ребенка, чтобы попробовать спасти Никиту. После его появления, мы планировали еще одного малыша. Хотели погодок. А в итоге пришли к ЭКО. Алина не могла забеременеть два года подряд. Позже ей поставили вторичное бесплодие. Врачи предложили экстракорпоральное оплодотворение. Мы успели провести всего одну процедуру. Несколько яйцеклеток остались храниться в криобанке.
– Что ты хочешь этим сказать?
На лице Андрея читалась решимость, а у меня больше прежнего все задрожало внутри.
Кажется, я понимала, зачем он все это мне говорил...
– Ангелина, я хочу, чтобы ты стала суррогатной матерью для моего ребенка.
«Что ни говори, а собой он владел блестяще», – подумала я, услышав эти слова. И если бы не боль в глубине его глаз, то решила бы, что он это сказал не подумав. Но он подумал...
Я вскинула подбородок, разглядывая его лицо, а сердце учащенно забилось в груди.
– Это будет только мой сын или дочь. Возможно, это поможет Никите выздороветь, – в его голосе послышались стальные нотки.
– То есть ты предлагаешь мне ЭКО? Чтобы мне сделали оплодотворение яйцеклеткой женщины, которой нет в живых… А как же ребенок Эльвиры?
Я понимала, что он предлагал мне это ради мальчика, но что будет со мной? А с малышом, которому я дам жизнь и вынуждена буду потом отдать его отцу без права быть рядом с крохой, если у нас что-то не получится? Ведь фактически я не буду иметь на этого ребенка никаких прав...
– Ангелина..?
Я поднялась на ноги, и у меня сильно закружилась голова от всех переживаний, которые терзали меня последние дни. Конечно, я понимала, что от моего ответа сейчас многое зависело, и в то же время было нечестно с его стороны предлагать мне такие вещи...
– А если бы... Если Эльвира была не беременна, ты попросил бы ее?
«Зря я это сказала», – тут же пронеслось у меня в голове, но я хотела знать ответ на этот вопрос.
– Не знаю, Ангелина. Возможно, что донор найдется в базах раньше, и получится так, что ЭКО можно будет не проводить. А может быть все наоборот. Я не могу сидеть сложа руки. Время теперь для меня на вес золота.
– А если… Если оба ребенка в итоге подойдут?
– Это будет похоже на чудо. Так в жизни, к сожалению, не бывает...
– Мне нужно подумать, Андрей. Когда я соглашалась помочь Никите, я не думала о том, что... – я осеклась, потому что в груди стало очень тесно и больно.
Мне и в самом деле нужно было время, чтобы подумать, готова ли я идти на такие жертвы. Смогу ли потом в случае нашего расставания с Андреем, когда он вдруг по какой-то причине решит, что я ему больше не нужна, отказаться от ребенка, которого родила. У меня не было своих детей, и пока я смутно представляла, как это – родить совершенно чужого, но от мужчины, к которому у меня чувства...
Андрей поднялся на ноги и подошел ко мне. Заключил в объятия и погладил по спине.
– Ты не обязана соглашаться, если не хочешь. В моих возможностях найти суррогатную мать и оплатить ее услуги. Это предложение к тебе для меня имеет несколько другое значение. Ты чего-то боишься?
– Да, Андрей! Я боюсь! Я и без ребенка к вам привязалась за эти дни. Я не думала, что в моей жизни появятся эти сильные чувства. В случае, если что-то пойдет не так, а ты захочешь потом вычеркнуть меня из своей жизни, я не смогу шантажировать тебя чем-то или что-то от тебя просить. Мне разобьет сердце твой уход. Предлагая стать суррогатной матерью и попробовать спасти Никиту, ты берешь на себя тем самым обязательства, что не причинишь мне боль, ты это понимаешь? Отдаешь себе отчет в том, что я не одна из твоих любовниц, которая отправится потом строить отношения с другим мужчиной как ни в чем не бывало, когда тебе наскучит жизнь со мной? Если ты этого еще не осознал, то сейчас самое время прояснить этот момент: я здесь не ради твоего достатка и желания занять чье-то место, а потому что мне важны не только твои чувства, но еще я переживаю за твоего сына...
– Иногда мне кажется, что тебя из средневековья на машине времени доставили прямиком ко мне в офис, – ухмыльнулся он и погладил меня по голове. – Я прекрасно отдаю себе отчет в том, о чем тебя прошу. Только сейчас все мои мысли заняты Ником: я просыпаюсь и засыпаю со страхом, что этот день может оказаться последним, когда могу его обнять. И знаешь, если вдруг так оно и будет, как я потом буду жить с осознанием, что сидел сложа руки и не действовал? Да, я готов пойти на этот шаг. С тобой готов. Благо моих средств хватит воспитать и двоих, и троих детей. Да хоть целую футбольную команду. Но все, о чем я сейчас думаю, – это Ник.
– А чувств? Любви тебе хватит на всех этих детей? Внимания?
