Вы никогда не задумывались, а что будет если не вы, а ваш ребенок родится волшебником? Не вы, а он перенесется сам и захватит вас с собой в другой мир?
— Мам, ма-а-ам, — голос сына привел меня в чувство.
«Фух, обошлось», — мысль успокаивала и обнадеживала. Я все-таки успела увернуться от фуры, что неслась на нас буквально мгновение назад. Автоматически ставлю машину на ручник и глушу двигатель — нужно отдышаться и прийти в норму после такого выброса адреналина. Вот только следующая фраза моего сына заставила мое сердце биться быстрее:
— Мы где?
— Не знаю, — слова даются тяжело, и я действительно не понимаю где мы. Могу только точно сказать где мы точно НЕ находимся — ни на обочине трассы и ни в кювете, куда я выворачивала руль в попытке уйти от столкновения буквально несколько секунд назад.
Вокруг нас лес. Ближайшее от капота дерево в диаметре просто огромно, оно полностью перекрывало обзор, благо остановились мы от него буквально в нескольких сантиметрах. Мишка, подпрыгивая на заднем сидении и крутя головой в разные стороны, снова озадачил меня очередными вопросами:
— Мам, а все-таки где мы? А как мы сюда попали? А где машины? А почему нет дороги? А как мы будем выезжать? А мы поедем на дачу?
Столько вопросов и ни на один из них я не могу дать внятного ответа, а как хочется самой понять что с нами случилось. Единственное что радует — мы явно живы и здоровы, а все остальное… Разберемся.
— Миш, посиди в машине, а я пойду посмотрю что вокруг происходит.
На удивление сын не разразился очередной порцией вопросов, а молча кивнул и заблокировал двери. Все-таки у меня очень умный и послушный ребенок. С этой мыслью я осмотрелась. Мы находились на краю довольно большой поляны, тормозной след длиной около десяти метров шел точно из ее середины. А по краям поляну плотно окружали деревья, большие, кряжистые и очень красивые. Похожие на платаны, только цвет стволов не зеленоватый, как у обычных, растущих у нас в городке на главной аллее в парке, а чуть фиолетовый, с приятной глазу голубовато-зеленой корой. Они стояли плотной стеной — пройти можно, а вот проехать уже нет, а потому и представить себе что нас занесло просто далеко от дороги стало трудно. Вообще представить такое место в близи от города, а отъехать мы далеко не успели, всего-то километров двадцать-тридцать, невозможно. Поляна была девственно чиста - ни бумаги, ни банок, ни полиэтиленовых пакетов - ничего из признаков цивилизации, кроме нашей машины, не наблюдалось, даже трава, примятая колесами уже начала выпрямляться. Воздух звенел от щебета птиц и жужжания насекомых, только звук шел из-за деревьев, на самой же поляне кроме нас не было никого — только трава и цветы, даже ветерка не было — тишина, спокойствие и теплое летнее солнышко.
— Мишутка, вылазь.
Громко, чтобы услышал сын позвала я. Мой голос прозвучал слишком хрипло и чужеродно на фоне этой тишины и умиротворения. А глухой звук захлопнувшейся дверцы автомобиля резанул слух хуже взрыва петарды ночью. Миша быстро и как-то нервно подбежал ко мне. На личике читалось столько чувств, сменявших друг-друга со скоростью света, что понять что происходит с моим ребенком мне, впервые в жизни, не удалось.
— Мишунь, давай разбираться вместе. Я не знаю ни где мы, ни как мы сюда попали. Что ты помнишь? — мне всегда казалось, что обсуждая вслух с моим сыном вопросы, проще найти решение, да и врать своему единственному родному человеку всегда считала последним делом.
— Мам, я не знаю, честно-честно, что произошло — что-то меня в этой фразе насторожило и я внимательнее посмотрела на своего отпрыска. Вид у него был ну очень виноватый. Такой, как бывает у любого девятилетнего пацана, когда он нашкодил, но абсолютно уверен, что никто из родителей его не поймает.
— Так, мой родной, а теперь давай честно все выкладывай. Ругать не буду, ты же знаешь за правду, даже самую неприятную, я не наказываю.
— Ну… мам, я честно не знаю, и вообще не хотел, оно само так получилось…
— Давай по порядку. Что не знаешь?
— Мамуль, ну не знаю как так получилось…
— Что? — потихоньку начинаю понимать, что что-то действительно мое чадо натворило, но только не знает как и что.
— Ну, помнишь, мы на машине ехали и там большая нам на встречу.
— Конечно, — такое вряд ли забудешь. Думаю мне теперь в кошмарах будет сниться как многотонная махина несется прямо на нас.
— Мам, я… — смотрю на сына очень внимательно, с чувством подбирающейся большой неприятности…
— Ну, я испугался… сильно… и вот…
— Что вот? — терпение, только терпение, не орать…
— Ну я и захотел оказаться как можно дальше оттуда… и почувствовал что куда-то падаю… И испугался, что ты там останешься… испугался, без тебя… и захотел, чтобы ты со мной всегда была и вообще…
Шмыгнув носом сын отвернулся. «Только без паники, только без паники, все хорошо. Вдох-выдох, вдох-выдох. ВСЕ хорошо» — мантра, которая судя по всему ближайшее время будет моей основной.
— Дорогой, золотко мое, а поточнее…