Он совсем недолго побыл самым маленьким и любимым. А может, и не побыл, потому что старшему ребенку надо всю дорогу было показывать родительскую любовь. (Мы же все знаем, как ревностно относятся дети к появлению малыша в доме. Некоторые совестливые родители изо всех сил выказывают свою любовь именно к старшему ребенку.) И тут бац – родился еще один. И вот уже все вместе без всякого зазрения совести любят этого самого вновь народившегося.
Да, у человека развиваются комплексы. У того, который оказался посередине. Ему кажется, он чего-то в этой жизни недополучил, его обделили. Родители с раннего детства давили ответственностью. Мол, ты должен, мы на тебя опираемся, полагаемся, ты один из нас. Он вроде и рад стараться, но где же его детство? Когда уже с малых лет все настаивают, что он взрослый? В детство не вернешься. Разве что только в глубокой старости. Но хотелось бы, чтобы все было в свое время.
И вот тут потирать руки начинают психологи. Так-так-так. Ах, у вас, оказывается, детей в семье много? И вы, стало быть, средненький? Так вот в чем дело! Начинаем прорабатывать. И мама, стало быть, грудью не кормила, и папа как-то нехорошо смотрел, а тут еще и вон оно что. Очень запущенный случай. До второго возраста детства, то бишь до самой старости, не разобраться!
И надо же такому случиться. Этим сэндвичем обозвали целое поколение. И ведь это все так и есть. Мы – те, кому сегодня по 50–60 – оказались намертво зажаты между нашими престарелыми родителями и нашими великовозрастными, но не приспособленными к жизни детьми.
Да, жизнь сегодня всем добавила лет по двадцать. Все предыдущие поколения должны были ухаживать – отсматривать либо тех, кто сверху, либо тех, кто идет следом. У нас по-другому. Мы должны и тем, и этим.
И те недовольны: вы совершенно нас не бережете, не так ухаживаете, и эти – лезете со своими советами, лучше помогите материально. А еще выслушайте, в какой мы опять оказались заднице. Но только ничего не говорите! Сами все знаем. Мы не хотим, как вы!
– А это как?
– А вот так! От зари до зари!
– А вы как хотите?
– Мы хотим получать удовольствие.
Да, хорошо получать удовольствие, когда ты полностью на дотации у мамы с папой, и пробовать «всяко разно». Знаешь, у тебя всегда есть плечо, на которое можно опереться.
Кстати, у нас такого плеча не было. Поэтому и поисками (метаниями, терзаниями) мы не занимались. Есть работа, деньги платят, занимать приходится всего-то за три дня до зарплаты. Ну это же мы просто в шоколаде живем!
В одно из путешествий по Грузии познакомилась с очень колоритной немецкой парой. Я их приметила сразу. Муж и жена, обоим лет, наверное, сильно за семьдесят, но все равно спортивные, подтянутые. Но хмурые. Почему хмурые? Оказалось, они ничего не понимают. Да, в грузинской глубинке найти человека, который говорит по-английски, непросто (про немецкий даже и говорить не будем), а эти двое смело путешествуют одни, без всякой группы, еще и машину напрокат взяли. Вай мэ! – какой кошмар! – как говорят в Грузии. В Грузии на машине, может, ездят не как в Индии, но что-то такое наподобие присутствует.
И вот сидят эти двое в ресторане отеля за завтраком, слава богу, заказывать ничего не нужно, шведский стол, можно не напрягаться, а тут я со своим «Гутен Аппетит!».
Ох, как же они обрадовались. Это ж счастье сплошное! Для начала они все беды свои мне на голову вылили. Я слегка опешила. Никогда не думала о Грузии в таком ключе. Для меня Грузия – это про тепло и душевность, про красоту природы, про пение и танцы.
О чем мне рассказывают эти приятные люди? Почему они ничего этого не видят? Пришлось посмотреть на Грузию, а еще и конкретно на дождливую Чакви, район недалеко от Батуми, глазами иностранцев. Грузины – это ведь про общение. Тепло разговора, сердечность. А если эти составляющие убрать? Что останется, как сегодня принято говорить, в сухом остатке? Мы увидим полуразрушенные дома, собак и коров на улицах, женщин в платках и в черных одеждах. Громко сигналят машины, под ногами коровьи лепешки. Да много чего в Грузии можно найти неприглядного. Есть те, кому эта страна не близка, кто искренне удивляется и спрашивает меня: «А что ты тут делаешь?»
Мне нравится Грузия. С ее достоинствами и недостатками. Я просто приняла эту страну сердцем. Иначе тут никак. Своим новым знакомым я постаралась, насколько смогла, донести свои ощущения от этой страны. В основном рассказывала про людей, с примерами и в лицах. Они вздыхали и кивали. Уж не знаю, удалось ли мне их убедить, но думаю, кое-что про Грузию им стало понятнее.
А потом они мне рассказали про себя. Я их слушала и удивлялась. Как мы похожи, а с другой стороны, разные какие.
