<p>«Деревья осенью пугливы…»</p>Деревья осенью пугливы.Куда там ветер – страшен ветерок.К ногам ложатся огненные гривы:в листья – вместе,каждый – одинок.<p>«Как день ноябрьский постарел…»</p>Как день ноябрьский постарел…Слезится неба мутный глаз,и лист, как волос, поредел,и будто бы в последний часбез птиц и листьев, опустев,трясутся руки у дерев.<p>«Что осталось от осени?…»</p>Что осталось от осени?Так, пустяки…Пара листьев шальных на обветренном клене,пара птиц невеселых на мокрой колоннеда озябшая пара у вспухшей реки.Впрочем, так ли уж пусто под небом пустым —что-то все же осталось и теплится, брезжит,что-то медлит уснуть в этих парах мятежных,и дождется мороза – и встретится с ним.Дай же силы им выстоять, перетерпеть —как бы ты ни звалось, непокорное пламя, —и уж если от холода оцепенеть,то хотя бы обнявшись – руками, крылами.<p>«Как объясняются в любви глухонемые?…»</p>Как объясняются в любви глухонемые?Каким движеньям рук ли, глаз ли, губдоверить те слова хмельные,которые до смерти берегут?Забудешь все: и жест, и взгляд, и вскрик,и руки, что сомкнулись за плечами, —но пару слов, качнувших этот миг,уже ничто не возвратит в молчанье.<p>«Твои письма, как капли крови…»</p>Твои письма, как капли крови,исцеляют меня, когдамне ничто не поможет, крометвоего далекого «да».…Среди ночи глаза открою,осознаньем ошеломлен —у меня твоя группа кровии твоей головы наклон.<p>Одиночество</p>Стареет аист.Дерево растет,гнездо приподнимая к небу.И урожай сменяет недород,и в быль перерастает небыль.И женщина стареет, и слезаплывет своей привычною дорогой,и не смахнуть с усталого лицасеть времени. И светится убогов ночи пустынной старенький «Рекорд»,и в этом свете, медленном и странном,мерцает женщина… Но гаснет за экраномзаемной жизни голубой узор.А ночь, пространство сжав до пустоты,плывет все дальше, медленно и скучно,но наконец на смену ей тщедушныйвстает рассвет из дебрей темноты.И нужно жить среди забот дневных,а женщина все смотрит за ворота,где старый аист парой крыл тугихвсе машет и, готовясь к перелету,знакомит с небом малых аистят,их крылышки беспомощно свисают,но в каждом аистенке виден аист —и их глаза загадочно блестят.<p>Засуха</p>Умирает колодец.Охрипшее горло егообложил душный мох, как налет при ангине.И пустым возвращается к небу ведро —ничего, кроме солнца в безжалостной сини.И расплавленный воздух стекает на дно,выпивая последнюю влагу колодца.Но со дна – если вверх посмотреть, как в окно —видно: в небе звезда непогасшая бьется.<p>«Олени вечером доверчивы…»</p>
