Детство – оно ведь гораздо длиннее всей взрослой жизни, я это поняла лишь, когда окунулась с головой в пучину бездонного мира своих малышек. Как им меня понять? Как мне в суете ежедневного стресса не отмахнуться от проблем формирующейся души ребёнка? Попробую вспомнить себя в счастливые годы летних пионерских лагерей…
Глава 1
Летом меня, как большинство школьников времён Советского Союза, посылали отдыхать в пионерский лагерь, но всего на одну смену, чтобы ещё на огороде успела погорбатиться, и родителей не забыла. Я росла очень думающей девочкой, поэтому уже в семь лет мучительно размышляла: зачем? Ведь свежий воздух и на даче прилагался, глупостями не баловалась (до гаджетов прогресс пока не домчался), подруг хватало, а самостоятельности и подавно. Скучала, правда. Вот! Вот в чём загвоздка! Получается, пионерский лагерь просто необходим, чтобы дети отучались от родителей! В самом деле, рано или поздно птенчик обязан вылететь из гнезда, покинуть отчие пенаты – это и семилетний шпындик знает. Успокоенная логической связью необходимых действий, я отправлялась отвыкать от родителей. Каждый год до седьмого класса, а позже – уже стыдно, уже в ЛТО (лагерь труда и отдыха) работать зазывали, там можно денежку небольшую заработать. Для салажат лагеря предлагали два: один – от маминой работы, в глухом сосновом бору, другой – от папиной, на берегу озера в горах. Ну да, существовал такой всемогущий профсоюз, благодаря которому дети сотрудников имели возможность летом жарить свои спинки, питаться согласно прописанным здравоохранением нормативам возрастных калорий и получать патриотическое воспитание почти задарма, во всяком случае так я дочкам объяснила наличие социальных льгот во времена былые. С каждым из этих мест летнего отдыха связаны приятные и «так себе» воспоминания.
– Мам, расскажи…
– О чём? – притворяюсь «тормозом». – Теорему Ферма или Права и обязанности гражданина РФ?
– Ну, мам…Расскажи сказку или о своём детстве.
Естественно, рассказываю, пока не понимая, зачем – как-то в семь лет причинно-следственная связь в голове формировалась нейронами шустрее. Рассказываю о самых взрывных приключениях. Например, о шаровой молнии, от которой пришлось прятаться в деревянном туалете, замирая в испуге и невольном восхищении при созерцании летевшего мимо отверстия над дверью сверкающего шара. Или о походе в лес за земляникой, – мои городские дети лишены подобной экзотики, грядки и овощные ларьки –вот предел их энциклопедических знаний о ягодах. Внезапно на наш отряд обрушился ледяной ливень и спасла меня заботой от жесточайшей простуды тогда лишь папина куртка, которую пихнули мне в руки приехавшие навестить дочь родители уже за воротами лагеря. Или о себе десятилетней, попавшей в отряд к двенадцати-тринадцатилетним подросткам; они шептались о мальчиках, нарядах, о группах АББА и Воney M, а я сочиняла стихи, бредила шахматами, мечтала о собаке, надо мной смеялись, не брали в компанию курящих и бегающих на дискотеку. Однако, малыши просят подробности. Что ж, слушайте, детишки, мамы вашей ответ помещаю в книжке (да простит меня муза Маяковского).
В первые дни смены желающий народ разбредался по кружкам, организованным в лагерях во множестве. Мы с моей подружкой Венерой (ладно хихикать, в нашей музыкалке тоже Король учится) начали методично их обходить, пытаясь прийти к консенсусу: я хотела на шахматы, а она – нет, обе мы в не летнее время танцевали, но подруга что-то мялась, хотела петь, а я стеснялась, считая свой голос писклявым. В танцевальный нас благополучно приняли – требовалось всего лишь сесть на шпагат, но позже посещать кружок не стали: Венера ленилась, а я предпочитала классический балет, а не «дрыгалки», как папа выражался. А вот на хоре задержались. Наши вокальные и слуховые данные были признаны сносными, и мы обе попали во вторые голоса. Не помню ни имени, ни возраста, ни внешности хормейстера – такова участь большинства учителей, если он не мужчина, но светлый след в моей душе и любовь к хоровому пению с её помощью проросли. Именно тогда в моём детском мироощущении появилось щемящее чувство единения в коллективе и его могущества. Эй, дочки, вам подобное чувство знакомо? Ну, хоть разок мимо пробегало? Ну, когда сердечко трепыхается от сознания величия силы искусства? Это наш сборный разновозрастной хор громко, эмоционально выводит детскими бодрыми голосами: «Крейсер Аврора», «Оранжевое небо», «Мы желаем счастья вам», «Бабушка рядышком с дедушкой». Выступали всего-то пару раз за смену, но это не важно, репетиции вдохновляли даже больше. Хитом сезона безальтернативно становился конкурс инсценированной песни – типовой ежесменный конкурс всех пионерских лагерей. Двенадцать отрядов танцевали, пели и изображали: «Арлекино», «Зарядку» Высоцкого, «Увезу тебе я в тундру», «Мои года – мое богатство», «Лесного оленя» и неунывающего студента из университета. Победу признали за сочинённой и исполненной шестым отрядом песней «О мамонте». Да-да, та самая песня, которую мы вместе горланим на огороде при прополке и сборе смородины!
Старый дряхлый мамонт по свету гулял,
Наступил на камень и ногу сломал.
Рассердился мамонт на судьбу такую,
Наступил на камень – поломал другую.
О, этот камень, камень на дороге,
Если попадётся – берегите ноги!
