Капитан насупил брови и даже попытался сделать угрюмое лицо, но смешинки в глазах ему этого не позволили.
– Что Вы?! Я бы не посмела, – через всхлип выдала я и рассмеялась в голос.
Вряд ли Виктор и Санни увидели картину моими глазами, но вот веселье поддержали с удовольствием. И если мальчик из последних сил прятал предательскую улыбку, то Санни смеялась вместе со мной от всей души.
– Ах ты, маленькая предательница, – пожурил ее отец, пощекотав ребрышки.
Девочка заливалась хохотом и пыталась вывернуться из капитанских рук, но это удавалось ей не очень хорошо, а вот навести вокруг себя беспорядок, оказалось очень легко.
– Мисс Блю, – почти уже пищала девочка. – Помогите!!!
Она играючи тянула ко мне ручки, так как подойти уже не могла – ножки болтались в воздухе и капитан все выше поднимал дочь, вырывая у нее все больше визжащих ноток.
– А– а– а, – взвизгнула она.
Так как Виктор выручать сестренку не собирался, я решила проявить частичку женской солидарности и помочь Санни спустится с отцовских рук. Виктора как будто посетила та же мысль, и он решил не допустить побега девочки. Я в мгновение ока оказалась спутана ленточками, как елка шелковыми гирляндами. Один неловкий шаг, и не удержавшись, я очень неуклюже уселась на ковер, а следом полетел Виктор, который не успел выпустить конец ленты из рук. Но на этом цепочка происшествий не завершилась, так как капитан честно попытался меня поймать. В итоге он приземлился рядом со мной, а Санни уселась на нас всех сверху.
Хохоча и распутывая ленты, мы пытались разобрать кучу–малу, которую из себя представляли, но это получалось медленно и не слажено. Особенно развлечение пришлось по душе детворе, и они довольно успешно умудрились запутать ленту вокруг нас еще сильнее. Маленькие “пауки” старательно вязали узлы и бантики, превратив двух взрослых в живую рождественскую ель.
– И стоило переживать из-за украшений? Мы вполне можем обойтись собственными силами, – сквозь смех предложил капитан. – Просто мисс Блю пообещает надеть что-нибудь зеленое, а остальное мы уже придумали.
– Боюсь, гости не оценят столь экстравагантное решение, – проговорила я, с трудом развязывая ленты.
Мы запутались так сильно, что ленты, стягивая нас, не позволили держать достаточно приличную дистанцию, из-за чего при каждом движении мы соприкасались телами. Стало совсем не смешно и мне с трудом удавалось сохранять на лице беспечную улыбку. На самом деле внутри все дрожало и напрягалось от мимолетных прикосновений.
Неловкий жест, неудачная попытка отступить, и так получилось, что я уже практически полностью облокотилась на капитана. Это было очень необычное ощущение, когда спиной прислоняешься к литым мышцам мужской груди словно к каменной стене, только теплой. Чужое дыхание шевелит волосы на затылке, а юбка цепляется за длинные сильные ноги.
Я попыталась применить силу и разорвать узелки, но сделала только хуже, затянув их еще крепче.
– Осторожней, – сказал мне Олбани в самое ухо, отчего мурашки щекотной волной прошлись по спине и шее. – Иначе так всю ночь простоим.
Он уверенно положил свою ладонь на мой живот и, надавив, прижал меня теснее к себе.
– Не шевелитесь, – подсказал он.
Но я и не смогла бы. Слишком сильный шквал ощущений обрушился на мои неподготовленные к такому повороту событий нервы.
– О … – выдохнула я, уставившись на руку на своем животе.
– Одно мгновение.
И действительно, ему хватило нескольких секунд, чтобы найти выход из этой паутины. Он дернул за один из кончиков ленты и, попросив Виктора его подержать, потянул за другой. И чего же он ждал, раз знал, как выбраться? Хотя, наверное, это вполне оправдано, если увидеть то счастье, которое засияло на детских лицах. Это оправдывает все.
Как только мы освободились, я резко сделала шаг в сторону, поспешно отпрянув от капитана. Взволновано одернула юбку и поправила волосы, надеясь, что мои алеющие щеки останутся никем не замеченными.
*
Я еще долго корила себя за поспешное бегство, но сделанного не воротишь. И теперь я уже несколько минут топталась под дверью в комнату Санни, не решаясь войти. Что может быть проще: войти, поздороваться и взять книгу? Вот только я не смогу сделать вид, что ничего не случилось, и это не я, пробормотав пару неловких слов, покинула классную комнату, словно убегала от пожара. Капитан снова станет смотреть все понимающим взглядом черных глаз и загадочно улыбаться, заставляя меня еще больше нервничать и теряться в чувствах. Дети обязательно спросят, не больна ли я. Нет, я не больна – я глупая трусиха. Чувствую, что все вокруг и, главное, я сама стремительно меняюсь, но неуверенность, страх и смутное беспокойство не дают осознать истинный смысл всего происходящего. Нечто новое, незнакомое и будоражащее входит в мою жизнь стремительными шагами, а я … боюсь. И больше всего боюсь обмануться и понять потом, что все это мне лишь померещилось и моя жизнь пуста, как и прежде.
Сделав глубокий вздох и медленно выдохнув, я потянулась к ручке двери, но она распахнулась раньше. Виктор, не успев остановиться, со всего маха врезался в меня.
