Лейтенант молча посмотрел на сержанта ИПТАП – мол, юнец здесь, на востоке, войны не видел, не знает, о чем говорит, – но замечания делать не стал. Все трое обнялись – и пошли каждый в свою сторону. Словно птицы разлетелись по своим гнездам.
Зрители неспешно расходятся, прежняя сутолока сходит на нет. Между тем Сергей, внимательно всмотревшись вперед, легонько ткнул меня в плечо:
– Кажись, за нами.
Действительно, к нам решительно приближаются двое офицеров в потрепанной общевойсковой форме и весьма колоритный гражданин в гражданском. На командирах явно не новое, но чистое обмундирование, свежие подворотнички, а вот третий словно сошел с обложки американского фильма: двубортный серый костюм, шляпа, усики а-ля Серега – но выправка явно военная.
– Капитан Панин, – то ли спрашивая, то ли констатируя факт обратился ко мне старший из командиров.
– Здравия желаю! – козырнула вся наша компания.
– Старший лейтенант Карпов, лейтенант Игнатьев и товарищ Павлов, – представил всех старлей.
Товарищ, значит, Павлов. Интересно.
Я протянул ему руку. Рука словно в капкан попала. Не то чтобы я попадал в капкан, но, думаю, мишка, угодивший в него, чувствовал что-то подобное.
– Ну что, товарищи офицеры и сержанты, прокатимся? Надеюсь, не возражаете?
– Неужто в оперу? – повторил я пароль.
– Травиату не обещаю, но духовые будут солировать, – абсолютно верно ответил товарищ Павлов, закуривая. – На экскурсию по городу не приглашаю, чуть позже сами посмотрите. Один день у вас будет свободен.
Серега расцвел как василек на поляне.
– Но сейчас, – продолжил наш сопровождающий, – заедем в отдел.
Ну, конечно, сперва работа, а уж там…
– Как обстановка, товарищ Павлов? Японцы свои щупальца сильно раскинули, досаждают?
Встречающий только усмехнулся:
– Вопрос не по адресу, вопрос к контрразведке, – Павлов выдохнул дым сквозь ноздри, будто паровоз. – Впрочем, сами смершевцы в основном с «союзничками» разбираются.
Вот и привет.
– В каком смысле?
Слово взял невесело усмехнувшийся старлей:
– Да у нас тут настоящий цирк. Контрразведка уже не раз предотвращала поставку некачественной техники и оружия. Например, на предназначенные нам суда американцы ставят устаревшие, уже бывшие в употреблении радиолокационные установки. А у пушек их порой забитые стволы… Еще и сочувствующие нацистам находятся! Смерш дважды пресек диверсионные акции по выводу из строя подготовленных к приемке кораблей. Но при этом – не наша юрисдикция. Американцы своих решили судить сами – результат, надеюсь, понятен?
Выходит, просто отмазали, пожурив для вида? Дела…
– Да еще агенты ФБР у нас активизировались. Пытаются наших офицеров вербовать, матросиками не брезгуют… По рукам ударили, скандал пока замяли. Ибо все еще союзники и дружить нам выгоднее. Пока что… Американцы и британцы ведь на островах плотно завязли, японцы дерутся отчаянно. А в сторону Квантунской армии даже смотреть бояться! Ну как же, миллионная группировка, две тысячи самолетов, несколько сотен танков… Хотя японцы вынуждены перебазировать на острова свою лучшую технику, они сильны в обороне. Так что союзники уверены, что император Хирохито продержится как минимум еще год…
– А японские агенты – это в основном наши бывшие. Из Харбина и прочих мест. Редко когда на сотрудничество соглашаются. Уверены, что в случае победы СССР – им конец, вот и помогают врагу, твари, – с отвращением бросил Павлов.
Я раздраженно повел плечами. Бывшие – то есть беляки и перешедшие на сторону врага уже в тридцатые. Кто-то спасался от репрессий, кто-то бежал, осознавая, что рыльце в пушку… Вроде комиссара Люшкова. Из беляков же с японцами сотрудничают особо яростные, непримиримые, вроде атамана Семенова. Такие – хоть с чертом, но против коммунистов! Ага… Только у самих руки в крови по локоть еще с гражданской.
– Но самое поганое, что японцы сливают дезу. У контрразведки уже несколько десятков дел по поводу распространения панических и пораженческих настроений! В том числе среди рабочих заводов. Недавно взяли работницу, а та от знакомого, которому брат снохи рассказал, услышала, что товарищ Сталин решил отдать Хабаровский край Японии. Мол, это уже вопрос решенный. Смешно? Смешно, а завод на сутки встал!
Я удивленно присвистнул, а Павлов продолжил:
– Но сейчас агитация на уровне. Объясняют жителям Приморья, что остался последний недобитый гад. Пусть будет трудно, но мы обязаны его уничтожить так, чтобы даже духу его у наших границ не было! Объясняют, что среди китайцев много наших товарищей, нуждающихся в помощи… Ну вот и наши авто.
…Город за окном «эмки» показался мне необычайно красивым и светлым – пожалуй, как и любой другой город, что не затронула большая война. Причем Владивосток кипит так же, как и его вокзал! Проносятся «виллисы» и «доджи», отдельными колоннами двигаются танки и самоходки, стараясь не заезжать на асфальт. Стройными шеренгами печатают шаг бойцы, поднимая тучи пыли… Как пить дать, японцы будут готовы встретить наши войска – подобные приготовления просто не могут пройти незамеченными!
